OpenAI судят после массового убийства в Канаде 0 503

Трагедия произошла 10 февраля. 18-летняя Джесси ван Рутселаар застрелила восемь человек, в том числе свою мать и сводного брата. Еще 25 человек получили ранения. После нападения девушка покончила с собой.

Как сообщает нидерландская телерадиокомпания NOS, при подготовке нападения ван Рутселаар использовала ChatGPT.

При этом еще в июне 2025 года ее аккаунт привлек внимание службы безопасности OpenAI из-за содержания разговоров с чат-ботом. В частности, по данным NOS, пользовательница обсуждала с ChatGPT сценарии вооруженного насилия.

Однако специалисты компании сочли угрозу недостаточно реальной для обращения в правоохранительные органы. Аккаунт был деактивирован, но полицию не уведомили. Впоследствии ван Рутселаар смогла создать новый аккаунт ChatGPT.

Генеральный прокурор Британской Колумбии утверждает, что OpenAI не предприняла «значимых шагов» после обнаружения тревожных разговоров и, в частности, не усилила соответствующие меры безопасности.

Иск будет рассматриваться в суде Калифорнии.

Глава OpenAI принес извинения

В апреле глава OpenAI Сэм Альтман направил письмо с извинениями в связи с тем, что компания не предупредила полицию об онлайн-активности будущей нападавшей.

Альтман выразил глубокие соболезнования пострадавшим и признал необходимость извинений за действия компании в ситуации, которая привела к невосполнимым потерям для местного сообщества.

Официальный мотив нападения установлен не был. По данным, приведенным NOS, ранее у ван Рутселаар были проблемы с психическим здоровьем, а полиция в течение нескольких лет неоднократно приезжала в дом ее семьи.

Теперь власти Британской Колумбии намерены через суд выяснить, могла ли OpenAI предпринять дополнительные меры после того, как ее система безопасности обратила внимание на содержание разговоров пользовательницы задолго до нападения.

Иск властей Британской Колумбии может стать важным прецедентом в вопросе ответственности разработчиков искусственного интеллекта. Суду предстоит разобраться, где проходит граница между автоматической блокировкой опасного контента и обязанностью компании реагировать на потенциальную угрозу реального насилия — особенно если тревожные сигналы были замечены задолго до трагедии.