06 мая, четверг
  • Didzis,
  • Gaidis,
  • Александра,
  • Анатолий,
  • Савва,
  • Юрий
Гороскоп
Опросы
Подписка
LAT
Поиск ПоискRSSFacebook Youtube InstagramЛента новостей
LAT


Гороскоп Опросы Погода
Подписка Конкурс сочинений Люблю! Люблю! Reklama.lv Reklama.lv telegraf.bb.lv Telegraf Программа Программа Видео Видео Facebook Facebook Instagram Instagram Google News Google News

Не исключено: суровые белые мужики с ружьями могут установить белый патриархат

Размер текста Aa Aa
Культпросвет / Люди
BB.LV 06:06, 3 мая, 2021 4

В эфире радио Baltkom прошла встреча с Сергеем Лукьяненко – одним из самых популярных российских писателей, автором бестселлеров «Ночной Дозор» и «Дневной Дозор», лауреатом самых престижных литературных премий. Тема встречи – «Мир после пандемии: прогноз фантаста».



Земля круглая или?..

- Считается, что писатели-фантасты могут дать более точные прогнозы, чем самые дотошные аналитики... Интерактивный роман «Не место для людей» вы написали совместно с Ником Перумовым. Это книга-игра. В чем ее смысл?

– Это такое отдание старых долгов, потому что еще 25 лет назад мы с Ником написали «Время для драконов» и была сразу мысль сделать продолжение, но не сложилось. Ник потом уехал в Штаты, сейчас в основном живет там, хотя бывает часто в России.

Но пандемия все-таки определенные плюсы принесла, все стали больше работать удаленно, в том числе и писатели. И мы подумали, почему бы не сделать это продолжение, его многие до сих пор ждут. И через 25 лет мы написали книгу, но добавили туда такой неожиданный элемент интерактивности. В каждой главе у читателей есть возможность выбрать одну из двух маленьких развязок, она влияет не на сюжет, а на мотивацию персонажей.

Почему человек совершил то или иное действие? Он пожалел кого-то или нет? Был движим эмоциями или расчетом? И в конце, когда человек дочитывает книгу, все его сделанные выборы срабатывают – как программный механизм, обрабатываются все версии и, в зависимости от этого, формируется характер главного героя и всех героев. И человек получает свой персональный вариант концовки. Это может быть хорошая, добрая концовка, может быть грустная. Герой может стать хорошим человеком, а может – жестоким тираном. Как угодно. По сути, это книга, где по мере чтения каждый читатель выбирает себе свой персональный финал.

– Что в современном мире вас изумляет настолько, что даже вам, фантасту, невозможно было представить такое?

– Наверное, наиболее меня изумляет в современном мире то, насколько люди не умеют работать с информацией и насколько не хотят этого делать. По сути, сейчас в ситуации, когда можно узнать все, что угодно и с небольшими усилиями, когда вся информация стала доступна, люди остаются в рамках своей модели мира и ищут подтверждения только своей картине окружающего мира. Это касается всего, политики – человек не пытается разобраться, что происходит в мире, а ищет подтверждения своим взглядам. Это касается и науки. Мы будем смеяться, но существует огромное количество поклонников теории плоской земли. У них есть свои клубы по интересам, своя база данных. И люди готовы и в это верить. То есть все, что угодно. Человек может найти подтверждение любой своей точке зрения. И оказалось, что людям вовсе не нужна какая-то истина, а людям нужно подтверждение того, что они считают правильным.

Посерьезнее коронавируса...

– Пять лет назад вышел ваш роман «Квази», про мир, где бушует смертоносный вирус, выведенный искусственно для того, чтобы уничтожить взрослое и пожилое население. Как вам удалось так точно предсказать нынешние события, связанные с коронавирусом?

– Это обычное точное попадание в мишень, когда стреляешь дробью. То есть когда писатель пишет что-то о будущем, то рано или поздно какие-то вещи сходятся. Но, опять же, давайте признаем, что мир, в котором пожилое население будет умирать как раз, выходя на пенсию, представляется, наверное, для определенной части правящей верхушки вполне симпатичным миром. То есть это мир, в котором нет необходимости поддерживать пенсионную систему, и так далее. Человек работает, работает, потом уходит из жизни – ну и молодец. На эту тему немножко пофантазировать. Не думаю, что я тут первооткрыватель, потому что подобных сценариев фантастики много.

– Какая гипотеза происхождения вируса вам ближе всего?

– Все очень сложно с этим вирусом. Он действительно очень своеобразный, есть определенные доводы за то, что это все-таки плод генетических экспериментов, есть и достаточно убедительные теории о том, что это все-таки мутировавший природный вирус. Я не рискну здесь делать уверенные предположения, я скажу так, что я не исключал бы оба варианта. Не исключено, что это мог быть некий несчастный случай при экспериментах. Дело в том, что сейчас технологии работы с вирусами, с геномом, достаточно просты. Я больше беспокоюсь не о том, что убежит у ученых из лаборатории случайно и без злого умысла какой-то экспериментальный вирус (с ними, в конце концов, работают для того, чтобы научиться их лечить), а того, что какой-нибудь в меру богатый террорист наймет десяток беспринципных ученых, оборудует на несколько сотен тысяч долларов лабораторию и получит такое оружие для теракта, которое будет страшнее атомной бомбы. Вот к чему, собственно говоря, мы должны быть, в общем-то, готовы.

И, наверное, как имеются организации по контролю над атомной энергией, над химическим оружием, видимо, человечеству пора создать и организацию контроля над биологическим оружием, над вирусами. Причем действительно очень серьезную комиссию, наделенную очень серьезными полномочиями, международную и с правом немедленного доступа в любую подозрительную лабораторию и т. д. Потому что это может стать проблемой в будущем. Посерьезнее коронавируса.

Война с Бронзовым солдатом

– В 1989-м вы были участником семинара писателей-фантастов в Дубулты. Какие впечатления о Латвии у вас тогда сложились?

– Впечатления были очень приятные… В то время Латвия была еще в составе СССР, но в общем-то уже она психологически и социально выглядела заграницей. То есть то, что Союз разваливается, уже витало в воздухе. Это отчасти походило на поездку за границу, было очень любопытно. Запомнился сам пансионат – мы же сильно занимались делами и не сильно занимались какими-то поездками. Работа интереснейшая была, общение, вечером кофе с рижским бальзамом на первом этаже пансионата. Несколько раз выбирались куда-то в ближайшие пивные бары, что тоже было очень любопытно для советского юноши. То есть опять же это выглядело красивой заграничной жизнью, ну и некая такая общая благоустроенность и аккуратность Латвии тоже, конечно, запомнилась. Особенно на фоне Казахстана и России тех лет.

– В разгар событий с Бронзовым солдатом в Таллине вы вступили в организацию «Ночной Дозор», названную в честь вашей книги. Не боялись попасть в черные списки?

– Да, в черные списки я, с одной стороны, попасть боялся, а с другой – считал, что минимум, что я могу от себя сделать для этих людей, которые так назвали свою организацию, это вступить в их ряды и приехать поддержать. Потому что я считаю эту историю крайне некрасивой со стороны эстонского правительства. Это было сделано зря, сделано неправильно, это было обидно и оскорбительно как для русскоязычных жителей Эстонии, да и не только для русскоязычных, а для всех, кто хранит память о Второй мировой войне. Эта некрасивая история сильно изменила отношение России к Эстонии (в целом достаточно положительное до этого момента) и в итоге привела к очень значительным экономическим потерям для Эстонии и будет, наверное, приводить и дальше. Воевать с памятниками вообще глупо. А уж воевать с памятниками павшим солдатам совсем некрасиво.

– Вернемся к пандемии. Вирус однозначно есть, но вся истерия, с ним связанная...

– Хорошо хотя бы, что признают, что вирус есть, а то есть люди, которые не верят в вирус и начинают верить только на ИВЛ. Нет, это не мистификация, это действительно опасная и неожиданная инфекция. Опять же, я бы сказал так, что то, как отреагировали все государства на ее появление – это немножко в копилку об искусственном характере вируса. То есть поведение и действия государств были похожи немного на действия при начале биологической войны. Другой вопрос, что в панике от того, что происходит, было принято и огромное количество достаточно дурацких законов, я в этом уверен.

В России из странных правил – находиться в общественных местах в перчатках... Другое дело, что никто этого требования не выполняет. Как всегда, строгость российских законов компенсируется их плохим исполнением. Есть еще ряд ограничений, уже совершенно ненужных. Но вы понимаете – легко ввести ограничения, а отменить их... Бюрократы, которые отменяют ограничения, – это редкость. Что в России, что в ЕС, где угодно. Так что какие-то вещи нам придется долго терпеть. Но, разумеется, угроза есть, она большая, количество погибших реально большое.

Либералом быть выгодно

– Недавно вы комментировали литературный скандал вокруг нового романа Гузель Яхиной «Эшелон на Самарканд». Почему разгорелись такие страсти?

– Да я особо даже не комментировал. Честно говоря, не считаю этот роман каким-то литературным явлением, скорее, социологическо-политическим. Понимаете, тексты, которые пишет Гузель Яхина, не очень хороши с точки зрения литературы, они многократно подвергались разбору, и в общем профессионалы – писатели и критики – в легком ужасе от них. Но в определенных литературных кругах она была поднята как некий образец современной прозы, раскручена, поставлена на пьедестал и в результате стала такой действительно спорной фигурой. Не была бы поднята – и особо шума бы не возникло. А сейчас выходит ее новый роман, в романе опять огромное количество неточностей, ошибок, натяжек. Есть вещи, которые, в общем, обидны или оскорбительны для тех или иных кругов населения. Там есть достаточно яркая, наверное, либеральная направленность.

Я в это дело пока не лезу – справятся и без меня. Скажем, у нас в стране все-таки две тенденции – либеральная и консервативная.

– Писатель Юрий Поляков по этому поводу высказался, что в современной российской литературе русофобом быть очень удобно и выгодно, его сразу начинают холить, раскручивать и давать премии. Почему так происходит?

– Потому что существует достаточно крепкая, прочная, сплоченная тусовка людей, которые живут в России, но относятся к ней предельно неприязненно. Такие люди родом из 90-х, когда им было хорошо и комфортно, когда Россия существовало во многом под внешним управлением. Я иногда их сравниваю с личинками и червями, которые копошатся в загнивающем теле и радостно его пожирают. Они уверены, что на их век хватит пропитания. Сейчас немножко другая ситуация, этим гражданам не очень удобно, не очень комфортно, они отчаянно бьются, пытаясь сохранить свои идеологии, свои сферы влияния и так далее. Такая вот ситуация. Они достаточно сильно контролируют литературный процесс. Он, к сожалению, тоже очень подвержен рекламе, моде, громким заявлениям и именам, получениям премий и прочему.

Маятник еще качнется...

– Ваши книги переведены на десятки языков. А на украинский? В свое время вы объявили, что не будете давать переводить свои книги на украинский. А ваш соавтор «Дневного Дозора» Владимир Васильев – украинский писатель...

– Васильев живет в Крыму, он российский писатель, родился в Николаеве. Я ничего не объявлял. У меня была просто дискуссия в Интернете с одним из таких ярых противников России, писателем, который в то же время непрерывно публиковался на русском языке в России. И когда он в очередной раз сказал что-то неодобрительное в адрес России и русского языка, я в ответ ему написал: «Что ж ты тогда публикуешься в России на русском, публикуйся на украинском, на русский не переводись. Я вот, например, не буду давать свои вещи переводить на украинский язык. Почему ты это делаешь, а Россию ругаешь?»

И вот эта фраза была превращена в эффектный заголовок, что Лукьяненко запретил переводить свои книги на украинский язык. На самом де на украинский мои книги никто никогда и не переводил. Вся Украина читала на русском. Да и все украинские авторы старались писать на русском. По простейшим экономическим причинам, потому что рынок больше. Вот и все. И большинство писателей, работавших на территории Малороссии, все писали на русском. Пока не стало появляться искусственное разделение народа на две части.

– Ваш соавтор Ник Перумов, живущий в США, считает, что Америка стала очень напоминать поздний Советский Союз...

– Я тут с Ником совершенно согласен. Действительно эти перегибы и перекосы в другую сторону – это маятник, сжатая и разжавшаяся пружина. Вот 50 лет назад черных людей в Америке не пускали в один автобус с белыми, и это выглядело обычным делом. А сейчас, наоборот, за какое-то неловкое слово или взгляд могут белого человека точно так же притеснять и дискриминировать. Любые такие резкие шатания из стороны в сторону приводят к раскачиванию маятника, и рано или поздно пойдет ответная волна. В борьбе с расизмом, сексизмом и прочими «измами» могут докатиться и до того, что начнется обратный процесс, когда придут к власти суровые белые мужики с ружьями в руках и немедленно опять начнут устанавливать такой белый патриархат, что все вспотеют. То есть не надо перегибать палку. Надо добиваться равенства, а не привилегий для ранее угнетенных слоев населения.

Наталья ЛЕБЕДЕВА.

Подписывайтесь на Телеграм-канал BB.LV! Заглядывайте на страницу BB.LV на Facebook! И читайте главные новости о Латвии и мире!
Комментарии (4)


Читайте также


Также в категории

Культпросвет Латышская писательница рассказала о том, как собирала грибы в Норвегии

В связи с выходом нового романа «Свечение воды» писательница Нора Икстена дала пространное интервью Latvijas Avīze.

Культпросвет Фильм о чеченском гее, показы которого отменили в России, получил гран-при

Фильм о чеченском гее, показы которого отменили в России из-за угроз, получил гран-при фестиваля "Артдокфест" В России показы "Тихого голоса" не состоялись: в Москве фильм сняли с программы после того, как "представитель чеченской диаспоры", представившийся Сулиманом, пригрозил организаторам фестиваля "серьезными последствиями

Культпросвет Семеро бессмертных: рожден в Осетии, погиб в Латвии

Снят новый документальный фильм "Братья Газдановы. Семеро бессмертных". Смотреть его без слез невозможно. Один из братьев покоится в латвийской земле.

Культпросвет Получивший «Оскар» короткометражный фильм заподозрили в плагиате

Режиссер и сценарист Синтия Као обвинила создателей короткометражной картины «Два далеких незнакомца» в плагиате. Об этом сообщает портал What's on Netflix.

Читайте еще