Если присмотреться к публикациям в социальных сетях, время от времени можно заметить семьи, которые публично документируют свой путь переезда в другую страну. Особенно часто в таких историях фигурирует Испания.
Ундине на платформе социальных сетей “Threads” призналась, что, видя всё больше таких примеров, её тревожит не только сокращение численности населения Латвии, но и то, будет ли следующее поколение за границей ещё говорить по-латышски.
“В эти выходные я заметила так много публикаций в соцсетях, где семьи переезжают в Испанию. И в комментариях люди поддерживают и рассказывают, что вот-вот тоже уедут. Я, конечно, радуюсь, что у нас есть возможность путешествовать, жить где угодно в мире и наслаждаться этим, но стало и грустно, что Латвия теряет семьи. Видя примеры разных семей, я также уверена, что следующее поколение вообще не будет знать латышский язык,” — пишет Ундине.
Однако в комментариях не обходится и без другого взгляда. Кто-то указывает, что и сами испанцы уезжают из своей страны.
“Испанцы, в свою очередь, переезжают в страны, где аренда однокомнатной квартиры не равна средней зарплате, а улицы не полны гражданами третьих стран неизвестного происхождения,” — пишет один из комментаторов. Другая женщина признаётся: «Люблю Латвию со всеми её 4 временами года», тем самым подчёркивая, что отъезд — вовсе не единственный вариант того, как люди оценивают свою жизнь в Латвии.
В свою очередь, Элина, которая живёт за границей уже 19 лет, не согласна с опасениями, что дети, растущие вне Латвии, обязательно утратят латышский язык.
“Живя за границей 19 лет, я встретила очень много латышских детей. Говорят по-латышски. Родители водят их в латышские школки, есть и заочные школы. Очень редко бывает, что дети не говорят. Сейчас я уже знаю родившихся в Швеции латышей, которым сейчас 18+, и они говорят по-латышски. Также дети латышей в эмиграции (millennial) говорят по-латышски. Не говорят только тогда, если сами родители не хотят. У меня самой есть родственники за границей в 4 поколениях, все говорят по-латышски,” — пишет она.
Ещё одна комментатор считает, что отъезд не всегда является окончательным решением. Она рассказывает, что знает компанию, которая уже 20 лет занимается перевозкой личных вещей, и по её опыту число уехавших и вернувшихся людей примерно одинаково.
“Да очень многие потом переезжают обратно, просто об этом громко не говорят, потому что это звучит не так красиво, как “переезжаю в солнечную Испанию”. Я разговаривала с компанией по перевозке личных вещей с 20-летним опытом в этой сфере, они говорят — уезжают и возвращаются почти 1:1.
Да, допускаю мысль, что услугами таких компаний в основном пользуются те, кому нужно переехать из-за работы, но я не была бы такой пессимистичной в отношении “все уедут, никто не будет говорить по-латышски”, — пишет Санита.
Другой комментатор указывает, что люди имеют право выбирать, где жить, и идеального места для жизни нигде не существует.
“Можно немного понять этих людей. У каждого есть свободный выбор, что делать, а что нет. Было бы трудно кого-то осуждать. По большому счёту нигде не будет этой идеальной жизни. Но кому-то нравится в Латвии, кому-то нравится хотя бы тот самый климат, который у нас не самый тёплый. В любом случае, пусть всё получится.
В Латвии рождаемость критически низкая, и только поэтому большого роста здесь не будет, наоборот, экономика будет только сокращаться. Всем будет трудно найти хорошую работу. И ожидается ещё одна волна отъезда, если ничего не изменится,” — пишет он.
Оставить комментарий
(13)