«Несмотря на разъяснения премьер-министра, с airBaltic так ничего и неясно», – пишет Бенс Латковскис в Neatkarīgā.
Складывается впечатление, что ни премьер-министр, ни политический класс в целом не хотят отвечать на тот самый вопрос, который следовало бы задать и в отношении Rail Baltica: действительно ли нам вообще нужны airBaltic (или Rail Baltica) и, если да, то в каком объеме? Насколько важны для нас эти компании?
Пока не получен ответ на эти ключевые вопросы, все прочие действия напоминают путь без четко определенной цели — словно бесцельный дрейф в океане. Мы просто окажемся там, куда нас принесут ветер и волны.
Если мы считаем что-то по-настоящему ценным, значимым и необходимым, то не жалеем на это ни денег, ни усилий, ни энергии. И наоборот. Предпринимаются попытки измерить эту «значимость» – которая на самом деле является вопросом сугубо психологическим, – что порождает все эти разговоры о транспортной связности, влиянии на ВВП, воздействии на инвестиционный климат, турпотоке и тому подобных вещах; однако психологи давно доказали, что аргументы такого рода не меняют ничьих убеждений. Влияет ли airBaltic на ВВП на один, два или три процента – для убеждений людей это не имеет никакого значения. Так же, как и то, будет ли у авиакомпании 80, 70 или 60 прямых направлений».
«В случае с airBaltic, – продолжает обозреватель, – главной проблемой долгое время оставалось отсутствие единого понимания того, насколько эта компания нам нужна. Одни видят в airBaltic уникальный актив – то, чем обладаем мы, но чего нет у наших соседей, – тогда как другие задаются вопросом, как долго еще можно вливать средства в эту «бездонную бочку». У такого отсутствия консенсуса есть глубокие исторические корни».
Резонный довод – ведь и ранее у авиаперевозчика не все было гладко!
«Финансовые трудности – будь то серьезные проблемы или мелкие неурядицы – преследовали airBaltic на протяжении всего ее существования; так же непросто складывались и отношения авиакомпании с латвийским государством и общественностью. Еще задолго до нынешних сложностей airBaltic успела вызвать недовольство определенных кругов. Вокруг авиакомпании и ее бывшего руководителя/владельца Бертольта Флика формировался весьма негативный имидж – и это несмотря на то, что Флик был одним из немногих иностранцев, которые, работая и управляя международной компанией в Латвии, сумел свободно овладеть латышским языком».
Вот это, конечно, ценнейший актив. Сколько там получил незаменимый специалист за свою языковую практику на предприятии с 90-процентным госкапиталом?
«Во время пандемии COVID государство сумело выделить бизнесу 570 миллионов; почему же тогда само обсуждение участия государства в предприятии, обладающем потенциалом развития, считается табу? Хотелось бы услышать мнение премьер-министра по этим вопросам», – резюмирует Б.Латковскис.
Оставить комментарий
(9)