«Чего вы опасаетесь в связи с парламентскими выборами 3 октября с точки зрения российской гибридной деятельности?», – спросили президента Латвии Эдгара Ринкевича журналисты Foreign Policy.
– На первом месте — кибератаки. Латвия интенсивно проверяет свои системы, – рассказал президент страны. – Еще один возможный сценарий — провокации с «случайно» залетевшими беспилотниками, способные создать хаос.
При этом на момент интервью (18 сентября – bb.lv), по словам президента, власти Латвии не фиксировали масштабного российского вмешательства.
«Представим, что в результате российской диверсии погиб человек. Насколько серьезным должен быть инцидент, чтобы задействовать статью 5 Североатлантического договора?», – заинтересовались журналисты Foreign Policy.
Напомним, что Статья 5 НАТО — это принцип коллективной обороны: нападение на одного члена НАТО рассматривается как нападение на всех. Но есть важный нюанс: статья 5 не означает автоматически, что все страны НАТО объявляют войну нападающему или отправляют свои войска. Каждый союзник сам определяет, какие действия считает необходимыми.
Будет задействована статья в случае российской диверсии или не будет, Ринкевич не сказал. Он ушел от вопроса, сообщив лишь, что этот вопрос сейчас обсуждают эксперты, военные и политики.
А что, собственно, мешает реализовать статью 5 на практике?
Как сообщил Ринкевич, главная проблема — доказательства. Установить причастность конкретного государства за сутки невозможно. Поэтому до возможного применения статьи 5 существует статья 4, предусматривающая консультации союзников.
После российской диверсии руководству Латвии пришлось бы убеждать союзников в необходимости сильной реакции. И здесь вновь возникает проблема атрибуции: у государства может быть серьезное подозрение в причастности России, однако подозрения недостаточно — союзники потребуют доказательств.
Именно этого, по словам президента Ринкевича, опасаются как руководители стран Балтии, так и польский премьер Дональд Туск.
Оставить комментарий
(11)