• Valdemārs,
  • Valdis,
  • Voldemārs,
  • Василий,
  • Григорий,
  • Федор
Гороскоп
Поиск на BB.LV Поиск на BB.LVRSSFacebook InstagramЛента новостей
Люблю! ЛЮБЛЮlife
Reklama.lv Reklama.lv
Видео Видео
telegraf.bb.lv Telegraf
Программа Программа
Подписка 2020

Гороскоп Погода
Люблю! Люблю! Reklama.lv Reklama.lv Видео Видео telegraf.bb.lv Telegraf Программа Программа Facebook Facebook Instagram Instagram


Диссидент (Фантастический рассказ)

Размер текста Aa Aa
«Сегодня» / Свой взгляд
BB.LV 21:30, 12 ноября, 2018 2

Прошедшим латвийским парламентским выборам 6 октября 2018 года посвящается...


Источник: vesti.lv

— Боюсь я за нашего соседа, — хмуро сказала Дайна. — По—моему, он уже совсем того... умом повредился...

Янка покивал. Вид у него был совсем пасмурный. Что бы ни вытворял сосед Эрик, а Янка с Дайной к нему привязались и всегда звали на чай.

— Лет ему, конечно, уже много, — продолжала Дайна. — Вот выезжает он из дома на своей коляске, а у меня сердце не на месте. Что, если вдруг память потеряет? Заблудится, пропадет, злые люди коляску отнимут...

Коляска на электрическом ходу была главным сокровищем соседа Эрика. Когда ему было под восемьдесят, отказали ноги. Такая роскошная коляска досталась ему чудом — видно, заморский миллионер, замаливая грехи, занялся благотворительностью.

— Надо будет за ним присмотреть, — решил Янка. — Хоть он и чудит, а свой. Нехорошо его без поддержки оставлять. Куда он, кстати, подевался?
Стоило это сказать — запел электрочайник.

— Опять? — сердито спросила Дайна. — Договорились же — будем экономить электричество. Мог ведь взять обычный чайник, поставить на плиту...

— Ты что, забыла — газ опять подорожал. Уже непонятно, как теперь экономить, — буркнул Янка. — Что же он не идет? Ждет, пока чай остынет?

— Так сходил бы за ним. Может, лежит без сознания — так хоть скорую вызовешь...

— Скорая нам теперь не по карману. В лучшем случае пришлют дрон с одноразовыми шприцами.

Дайна пошла звать соседа сама. Вскоре она вернулась вместе с Эриком. Эрик был непривычно молчалив, отвечал невпопад.

— Да ты, сосед, влюбился, что ли? — развеселился Янка. — То—то я смотрю, ты всегда останавливаешься с Велтой поболтать.

Велта была одна из немногих оставшихся разносчиц рекламы, еще очень даже бойкая молодуха лет семидесяти, ходившая в черных кожаных штанах и кепке козырьком назад.

— Велта в жены не годится, у нее была бурная молодость. Она и теперь еще не против... А тебе нужна такая, чтобы дома сидела, за тобой смотрела, — сказала Дайна. — Приглядись к соседке Дайге. Она здорово готовит.

— По ней и видно, — буркнул Эрик. — Полтора центнера в бабе, не меньше.
Когда он уехал к себе, Дайна сказала мужу:

— А ведь я была права. Он умом повредился. Когда я к нему вошла, знаешь, что он под плед спрятал? Книжку!

— Книжку?

— Бумажную! Совсем в детство впал!

— Может, у него планшет сдох?

— Как ты думаешь, где он ее взял?

Перебираясь на новое место, в социальные дома, пенсионеры избавлялись от всего, что могло загромоздить маленькие квартирки. Первыми кандидатами на помойку были книги. Несколько штук каждая семья оставила — чтобы когда—нибудь правнукам показать. Эрик, человек беспредельно передовой, заявил, что в век электроники нечего дома пыль разводить, в планшете помещается вся государственная библиотека. Янка и Дайна точно знали: бумажных книг у него нет.

— Кто—то ему дал... — Янка задумался. — Но он обычно все нам рассказывает: куда ездил, с кем встретился. А про это не рассказал. Очень странно.
— Очень подозрительно! Как бы его не облапошили!

Дайна имела в виду: как бы новые знакомые Эрика не обчистили его квартиру или не заставили его подписать какие—то опасные документы. Такие случаи уже не раз бывали.

— Вообще—то он не дурак, — возразил Янка, но с сомнением в голосе; скорее, потому, что жене для приличия нужно возразить.

— Все мы не дураки, а потом пишем жалобы в полицию.

Договорились Янка с Дайной до того, что соседа нужно выследить. Если он всего—навсего нашел себе женщину, но почему—то стесняется этого — одно дело. А если кто—то положил глаз на его коляску или хочет втравить его в авантюру с кредитом — совсем другое.

Весь следующий день Эрик просидел дома. На приглашение почаевничать ответил, что плохо спал ночью и решил лечь пораньше. Дайна нюхом почуяла: тут какое—то вранье.

Когда Эрик все же выбрался на прогулку, Янка и Дайна пошли следом. Янка для такого случая откопал на антресолях чудом уцелевший театральный бинокль Дайны. В театре она не была уже лет тридцать — билет на самый задний ряд второго балкона оперы стоит, как половина пенсии. Кроме того, Дайна мужественно сходила в секонд—хенд и притащила оттуда два плаща, об их возрасте лучше было не задумываться. Но поднятые воротники отлично прятали физиономии — что и требовалось.

Эрик неторопливо ехал по тротуару, здороваясь со знакомцами. Потом свернул в переулок и прибавил скорость. Дальше — больше: шустро нырнул в другой переулок и въехал под арку ворот старого дома, во двор. Янка и Дайна, сопя и пыхтя, вбежали туда — пусто!

— Его ждали, — мрачно сказал Эрик. — По этим ступенькам он въехать не мог — его втащили.

— Идем туда. Мы их застанем! Тащить коляску по лестнице — не на лифте везти, тут время нужно. И не только коляску, а Эрика тоже, — сообразила Дайна.

— Так там целая шайка, что ли?

— Выходит, так.

— Правильно я сделал, что взял с собой ствол.

Дайна промолчала. Она все время убеждала мужа продать оружие — и вот оно, похоже, сейчас пригодится.

Они вошли в подъезд и сразу услышали: на уровне третьего этажа какая—то возня, и не простая, а сопровождаемая словами. Эти слова вражеского языка намертво въелись в родной язык, и даже правительственная комиссия по чистоте речи тут ничего поделать не могла.

— Стой тут. Если что — вызывай полицейский дрон, — приказал Янка. Помощи от дрона ждать не приходилось, но он бы зафиксировал правонарушение, а такая запись считалась вещественным доказательством. Вызывать дрон было надежнее, чем звать на помощь полицейских: младшему в городской полиции было пятьдесят восемь лет.

Достав пистолет, Янка пошел наверх — туда, где в разбойничью квартиру втаскивали Эрика с коляской. Дайна осталась внизу и с волнением прислушивалась. Никто не орал, никто не звал на помощь, и это было даже подозрительно. Она собралась с духом и пошла выручать мужа.

На третьем этаже были две квартиры. Дайна позвонила в одну — тишина. Позвонила в другую — и услышала за дверью шум. Тогда она забарабанила в дверь кулаками, крича, что полицейский дрон уже в дороге. При необходимости эта техника могла разбить оконное стекло и влететь в притон жуликов.
Дверь отворилась, на пороге стоял Янка. В руке у него была швабра.

— Заходи, женушка, — сказал он. — Вот, полюбуйся! А вы — только шевельнитесь!

Из прихожей Дайна попала в комнату и остановилась на пороге, открыв рот. Целая стенка была занята полками, а на полках стояли разномастные книги. Еще был старый диван, на диване сидели трое мужчин, рядом — Эрик на своей коляске.

— Это банда? — спросила Дайна.

— Банда. Совсем соседа с толку сбили. Ты посмотри, что у него в руках!

— Книга?

— Женушка, подойди поближе! Ослепла ты, что ли? Это книга на русском языке!

— Что?..

— Достоевский! — вдруг выкрикнул Эрик. — Хочу читать Достоевского — и буду читать Достоевского! Имею право! Церберы! Достоевский бессмертен!

— Погоди, сосед, не ори, — попросила Дайна. — Разве ты не можешь найти этого самого Достоевского на родном языке и читать с планшета?

— Не могу!

— Вы не знаете, госпожа, эти планшеты, которые вам выдала социальная служба, имеют встроенную блокировку русских сайтов, — вмешался один из мужчин. — Японские, турецкие, индийские — пожалуйста, а русских — нет.

— Вся надежда на бумагу, — добавил другой. — Вы, госпожа, конечно, можете поискать Достоевского на родном языке. Но зря потратите время. Его убрали из свободного доступа.

— Можете донести на нас. За доносы, говорят, хорошо платят, — напомнил третий.

— Заткнись! — рявкнул Янка. Причем рявкнул по—русски.

Минуты две все молчали. Эрик демонстративно взял с полки первую попавшуюся книгу на русском и начал читать. Дайна подошла взглянуть на русские буквы. Это оказался ветеринарный справочник. Тогда и она взяла с полки толстенький томик с бумажными закладками. Он был открыт наугад.

Буквы вспомнились не сразу.

Дайна тихо прочитала:

— Я помню чудное мгновенье...

Ей вдруг стало стыдно и даже страшно: если кто—то из соседей узнает, что она читала русскую книгу, — заклюют. Но оторваться от стихов она уже не могла.
Некоторые слова оживали в памяти с трудом.

— Что такое «в томленьях»? — спросила она. И вдруг поняла смысл.
Домой возвращались втроем. По дороге молчали.

Если бы их остановила и обыскала полиция — случился бы скандал, потому что Эрик сидел на завернутых в старый плед книгах. Их было всего четыре, но для внушительного штрафа хватило бы и одной. Плюс конфискация.

Ни Янка, ни Дайна, ни Эрик не сказали ни слова о том, что нельзя закладывать тайную библиотеку.

Это и так было ясно.

Рига,
2038 год.

Дарья ПЛЕЩЕЕВА, писатель,
специально для газеты «СЕГОДНЯ».

Читать все комментарии (2)


Читайте также

Читать все комментарии

Добавить комментарий

Анонимные комментарии

Добавить

Ответить

Анонимные комментарии

Добавить


Также в категории

«Сегодня» Ау, люди! Эпидемия одиночества опустошает латвийские семьи

Одиночество — это не просто самочувствие отдельных индивидуумов. Речь идет о благополучии всей экономики. Для Латвии эта проблема тоже стоит как никогда остро — ячейки общества у нас распадаются стремительно.

«Сегодня» «Прогнозируемая инвалидность»: какие льготы гарантируют законы Латвии

«Не могли бы вы разъяснить, что такое „прогнозируемая инвалидность“? Мне сказали, что это какой—то комплекс мероприятий, направленный на то, чтобы не допустить наступления у человека реальной инвалидности. Это возможно?»

«Сегодня» Взрывы газа в Париже и Магнитогорске. А что в Латвии?

«Здравствуйте! Обращаюсь к вам с вопросом в связи со взрывами, которые время от времени происходят в жилых домах из—за утечки газа. Два месяца назад такая трагедия случилась в России, месяц назад — в Париже, такое бывало и у нас (два года назад в Алуксне). Хотелось бы знать: можем ли мы, жильцы многоквартирных домов, быть уверены в том, что ничего подобного в наших домах не случится?»

«Сегодня» Полагается ли работающим на полставки обеденный перерыв?

«Объясните, пожалуйста, такую вещь: если я работаю на полную ставку, мне полагается обеденное время в течение одного часа. А если я оформлена на полставки, то есть на четыре часа в день, полагается ли мне полчаса на обеденное время?»

Читайте еще

В мире В Стокгольме состоялась позорная церемония вручения Нобелевских премий

В Стокгольме состоялась "позорная" церемония вручения Нобелевских премий, которую бойкотируют ученые, правозащитники и Турция...

Политика Приезжайте в Латвию! Правительство дало зелёный свет работникам из-за границы

Правительство сегодня поддержало поправки, предусматривающие устранение некоторых бюрократических преград для привлечения работников из-за рубежа, подчеркнув, что данные изменения не подразумевают облегчения условий для "ввоза дешевой рабочей силы".

Lifenews Известный ведущий выдвинул сенсационную версию истинных мотивов Шепелева

Шумиха вокруг застарелого конфликта семьи Жанны Фриске и ее несостоявшегося мужа Дмитрия Шепелева не утихает. Новую жизнь в разбирательства вдохнуло интервью телеведущего. Родные певицы не замедлили прокомментировать его откровения. Однако неожиданнее всего было предположение Вячеслава Манучарова.