• Agneta,
  • Agnis,
  • Ansis,
  • Нина,
  • Петр,
  • Яков
Гороскоп
Поиск на BB.LV Поиск на BB.LVRSSFacebook InstagramЛента новостей
Люблю! ЛЮБЛЮlife
Reklama.lv Reklama.lv
Видео Видео
telegraf.bb.lv Telegraf
Программа Программа
Подписка

Гороскоп Погода
Люблю! Люблю! Reklama.lv Reklama.lv Видео Видео telegraf.bb.lv Telegraf Программа Программа Facebook Facebook Instagram Instagram


«Погиб Советский Союз — и джаз погрузился в глубокий упадок»

Размер текста Aa Aa
Lifenews / Звезды
BB.LV 20:00, 23 сентября, 2019

Знаменитый музыкант-саксофонист и искусствовед Сергей Летов накануне своего дня рождения делится с читателями газеты «СЕГОДНЯ» своими воспоминаниями и мыслями: о театре, о джазовой музыке во времена СССР, о современной западной цивилизации, о брате Егоре и о Сергее Курёхине.



Джаз и театр

— Помимо «чистого» фри-джаза и сотрудничества с разными рок-группами вы много работаете и в театре. Чем вас привлекает театральная специфика?

— Актёр в музыкальном спектакле воспринимает музыку, как некую канву, в соответствии с которой он исполняет свою роль. Поэтому там мне нередко приходится воспроизводить похожие партии. Театр вообще строится на неких реперных точках, на фиксированных элементах текста и поведения. Но я стараюсь импровизировать даже в рамках театра. Это очень интересно — находиться на одной сцене с людьми, которые музыкантами не являются и реагируют на твою музыку другими средствами: например, танцем или интонацией. Меня, конечно, привлекает возможность «зацепить» публику своими фри-джазовыми импровизациями.

Я в течение двадцати с лишним лет играл в Театре на Таганке. Публика, которая туда ходила, в большинстве своём не является завсегдатаями фри-джазовых концертов, она с этим музыкальным направлением не знакома. А вот благодаря спектаклю Петера Вайса «Марат и маркиз де Сад», к которому написал музыку и в котором играл все эти двадцать с лишним лет, встреча происходила. Хотя, конечно, у меня тут всегда присутствовал оттенок неудовлетворенности — зритель приходил на спектакль, а музыка это так, гарнир... В театре музыкант почти незаметен...

Сакс и космос

— Вы учились на химика. Помогает ли в творчестве наличие технического образования?

— Конечно, напрямую знание химии с игрой на саксофоне, флейте или бас-кларнете никак не связано. Однако, у людей, которые профессионально занимались наукой и техникой, складывается определённая умственная дисциплина, которая для меня как раз-таки оказалась очень полезна.

Работал в своё время в так называемом «ящике» — Институте авиационных материалов, где участвовал в создании новой космической техники. Наличие важной задачи, сжатых сроков её исполнения, коллектива, с которым необходимо взаимодействовать, необходимость уметь презентовать результаты своего труда неспециалистам — всё это настраивает тебя на особый лад. Такой опыт полезен ещё и тем, что избавляет тебя от преувеличенного представления о себе самом — болезни, весьма свойственной для музыкантов и актеров.

Как правило, представители этих профессий, в силу их специфики, общаются, в основном, лишь с себе подобными, варятся в собственном соку. Отсюда — раздутые представления о важности своего дела и собственной незаменимости. А вот я в 80-х участвовал в работе над многоразовым космическим челноком «Буран» — наряду с сотнями других специалистов. Разные люди делали разные винтики и детальки, а потом все это сводилось в единое гигантское целое. Совершенно другое психологическое состояние! К слову, несколько лет назад мне в Берлине довелось поучаствовать в конференции, организованной тамошним Институтом искусств. Выступил там с докладом «Фри-джаз и научная работа в позднесоветском обществе».

— О, это интригует!

— Я там говорил о вещах, сейчас уже изрядно подзабытых — о том, как много людей в СССР занимались одновременно научной и джазовой карьерой, умудряясь делать успехи и там и там. На самом деле в 50-60-гг многие наши известные джазовые музыканты имели техническое, физико-математическое, химическое образование. Это явление, кстати, для западных стран довольно редкое, у нас сохранилось до сих пор. Недавно я был в Новосибирске, в академгородке и участвовал там в перформансе, в ходе которого фиксировались биотоки коры моего головного мозга. Я думал, что играть там не буду и инструмент с собою не взял. Однако, сделать это всё же пришлось — причём, свой саксофон мне одолжил один из тамошних докторов наук! Ещё одно свидетельство в пользу того, что между наукой и искусством нет непреодолимой границы. В идеале одно с другим свободно можно совмещать.

Путь к разочарованию

— Сейчас много пишут о гонениях на джаз и рок-музыкантов в советские годы...

— Это, мягко говоря, не совсем так. Конечно, джаз не воспринимался, как глубоко советская музыка. В 50-60-е советские идеологи подозревали джаз в том, что он, дескать, является оружием американского культурного империализма. Но в 60-х было принято решение обеспечить завоевание умов молодежи за счёт того, что джазовую музыку стали поддерживать — причем поручили это комсомолу. И с тех пор почти все региональные джазовые фестивали в СССР финансировалось по комсомольской линии.

Этим, кстати, объясняется тот факт, что когда Советского Союза не стало, отечественный джаз погрузился в глубокий упадок. Как только произошло объединение Германии, такая музыка там фактически умерла. Сейчас все эти факты переворачивают, замалчивают — и я уже нередко слышу о том, как в советские времена джазовых музыкантов преследовали и запрещали. Причём, зачастую сейчас это говорят даже люди, успевшие застать те времена в сознательном возрасте. Хотя, надо признать, развитие джаза на территории СССР было явно неравномерным. Передовые позиции в этом отношении занимали Петербург и Прибалтика, а Украина воспринималась ретроградной территорией: в советские времена я там практически не выступал...

Стоит ещё заметить, что оказывавшиеся в роли экспертов для советских властей любители джаза старались давить административными методами своих молодых конкурентов — рок-музыкантов.

— В 1981-м в Англии была издана пластинка Ways of Freedom — альбом вашего друга и коллеги Сергея Курехина, его в то время считали чисто джазовым пианистом. Не было ли у него после этого проблем на родине?

— Насколько мне известно, нет. Да и причинить ему эти неприятности было не так-то просто, поскольку в советскую эпоху Курехин был совершенно неофициальным человеком. Тогда человека могли привлечь за «тунеядство», поэтому самодеятельные музыканты Ленинградского рок-клуба часто устраивались работать сторожами, дворниками и кочегарами. Ну а уже в перестроечные времена Сергея позвали работать в Ленконцерт. Устроившись там, он помог с получением ленконцертовских «корочек» и другим «самодеятельным», как тогда говорили, музыкантам — например, Виктору Цою, который таким образом избавился от вахт в кочегарке. В целом, Сергею всегда было свойственно идти против официоза — достаточно вспомнить, что он в постсоветскую эпоху принял активное участие в деятельности Национал-большевистской партии.

— Да, как и Егор Летов... Что его и Курехина заинтересовало в НБП?

— В случае с Курехиным это было связано с его разочарованием в так называемых «идеалах свободы и демократии». Многим жителям СССР в условиях идеологического давления, осуществлявшегося советской партийной демократией, Запад рисовался каким-то фантастически идеальным миром. А поскольку Сергей с определённого момента стал много гастролировать на Западе, у него появилась возможность сравнить ту реальность со своими прежними представлениями о ней.

Кстати, впервые за границу мы с ним попали вместе — в 88-м выехали в Финляндию на организованный тамошними коммунистами фестиваль советского авангарда. В дальнейшем у Сергея были поездки в США и в Западную Европу. И там Курехин зачастую сталкивался в откровенным непониманием тех творческих идей, что он вкладывал в свою «Поп-механику». И у него разочарование западным миром стало проявляться ещё до окончательной гибели СССР. Участие в НБП стало для Сергея эмоциональным отказом от былых идеалов, радикальным художественным жестом. Я его понимаю, потому что и сам в определ ённой степени пережил это разочарование. И меня всегда раздражал факт того, насколько легко, задёшево либералы-западники некогда сумели завербовать в свои ряды многих представителей советской художественной интеллигенции. А вот брат мой за границу не ездил — его переворот во взглядах произошел без этого.

— А что именно привело к разочарованию в западной мечте?

— Помню, ещё в 89-м знакомые западные интеллектуалы в разговорах со мной предупреждали, что меня ждёт разочарование относительно истинного уровня свобод и даже уровня жизни в их странах. Все достижения в этой сфере на Западе были обусловлены жёсткой конкуренцией с Советским Союзом, требовалась красивая «витрина». Как только СССР и социализма не станет, вся эта витрина тут же посыплется. Тогда мне поверить в подобное было просто невозможно, но время подтвердило правоту этих слов. СССР канул в лету и гайки стали закручивать. В качестве средства контроля над западным обществом используются нормы ханжеской политкорректности: введение огромного количества табу и разных непроизносимых правил, до крайности закрепощающих жизнь человека.

Западные табу

— В сегодняшней России свободы — свободы слова и поступка! — побольше, чем в странах Запада...

— Так оно и есть — обратил на это внимание уже очень давно. Вспомнился случай из начала 90-х, когда с группой отечественных музыкантов находился в Роттердаме, куда нас пригласили играть на открытии Музея Шабо. Там присутствовало титулованное дворянство. И вот Александр «Фагот» Александров (больше всего известный по своему участию в группе «Аквариум») беззаботно подошел к какому-то великому герцогу и попросил у него закурить. Они скрутили по сигаретке, постояли рядом, побалакали о табачке... Организаторы концерта взирали на это в священном ужасе — как Фагот осмелился подойти к столь высокой персоне и заговорить с нею? «Ну а что герцог — хрен с горы что ли какой? Такой же человек, как и я. Табачка разве нельзя у него попросить?», — сказал потом Фагот. Ну не было у недавнего советского человека трепета перед сильными мира сего!

Но не стоит так уж сильно обольщаться... Речь ведь идёт не о каком-то там особом свободолюбии русского народа, а о том, что у нас те же общественные процессы, что и на Западе, протекают пока с отставанием от него. Россия более хаотичная страна, без царя в голове. Но и у нас уже люди научились испытывать трепет перед «хозяевами жизни»...

— Что же будет, когда мы окончательно догоним Запад в этом отношении?

— В западных государствах у человека выработался «внутренний редактор» — который не позволяет ему говорить и даже думать о вещах, за которые его могут заклеймить экстремистом, шовинистом, нацистом, мизогином и так далее. Там даже не нужно человеку ничего официально запрещать — он сам себе всё запретил, сковал себя по рукам и ногам. «Правильной» нормой поведения считается — следовать официально не существующей, но господствующей идеологической линии и выгадывать себе от этого какие-то социальные бонусы. Карательный аппарат перенесён в сознание самого человека.

Помню, моя знакомая, эмигрировавшая в США и работавшая там в газете «Новое русское слово», получила задание написать статью про Егора Летова. В редакции газеты слышали, что это такой антисистемный музыкант, который писал антисоветские песни, преследовался КГБ, был посажен за своё творчество на принудительное «лечение» в сумасшедший дом и так далее. В общем, идеальный объект для пропагандистской статьи, на примере которого можно лишний раз пнуть мёртвый уже к тому моменту СССР. И вот Егор приехал в Нью-Йорк. На первом же своём концерте в тамошнем клубе он обратился со сцены к публике: «Я хочу рассказать вам о бомбардировках НАТО Белграда». После этого все остальные его концерты отменили. Стоит ли говорить, что и «Новое русское слово» тут же отказалось публиковать материал о Егоре?!

— Гипертрофированная политкорректность, незримая цензура — вещи, конечно, отвратительные. Но ведь есть же на Западе до сих пор и то, чем не грех восхищаться?

— В плане культуры — да, несомненно. В этом плане хочу сослаться на пример брата. Например, Егор Летов относился с огромнейшим пиететом и любовью к западной рок-музыке, держал в своей коллекции огромное количество записей — в том числе и очень малоизвестных групп. Вообще, я бы сказал, что творчество Егора — это, в значительной степени такой культурный проводник для тёмных людей; он был поэтом и музыкантом, в первую очередь, для нищих духом и малограмотных. Так, именно после знакомства с альбомами «Гражданской обороны» многие заинтересовались и открыли для себя американский гаражный рок, калифорнийскую и британскую психоделическую сцену, западный панк и постпанк, экспериментальный рок, оказавшие большое влияние на Егора... Когда он записал альбом «Сто лет одиночества», для поклонников Егора это открыло путь к книгам Габриэля Гарсиа Маркеса. Это был для него такой естественный модус вивенди — передача информации о художественной жизни мира для людей, которые вообще ничего не знали, а благодаря Егору начали как-то духовно и культурно развиваться...

Владимир ВЕРЕТЕННИКОВ,
собкор газеты «СЕГОДНЯ»
в Санкт-Петербурге.



Читать все комментарии (0)


Читайте также

Читать все комментарии

Добавить комментарий

Анонимные комментарии

Добавить

Ответить

Анонимные комментарии

Добавить


Также в категории

Lifenews Найден продукт для усиления потенции в любом возрасте: от 18 до 70 лет

Так называемая винная ягода повысит потенцию и заметно улучшит качество интимной близости...

Lifenews По уши в долгах: неприятное положение Муцениеце и Прилучного

Налоговая разыскивает звезду сериала "Мажор". Павел Прилучный задолжал крупную сумму денег.

Lifenews «Вся Россия смеется»: слова Заворотнюк распалили народ

Звезде сериала "Моя прекрасная няня" отказали в сочувствии

Lifenews "Титаник" хотят вскрыть, чтобы достать его сокровища

Американская компания RMS Titanic Inc., которая уже 30 лет поднимает на поверхность артефакты с "Титаника", намерена впервые в истории вскрыть лежащий на глубине четырех километров остов судна. Однако план может столкнуться с противодействием семей погибших и активистов.

Читайте еще

Наша Латвия Латвийцы бьют тревогу: лисы все чаще появляются в городах, это опасно?!

Несколько дней назад в одном из дворов Вецлиепаи гостила лиса. «Давно видела её у боулинга, а теперь и по дворам ходит. Надо сообщать кому-то конкретно?», — спрашивает лиепайчанка Ивета Разма, пишет liepajniekiem.lv

В мире Рядом с посольством США в Багдаде взорвались ракеты

Возле американского посольства в Багдаде взорвались ракеты – четыре или пять штук, как утверждают различные источники.

Люблю! Долой липосакцию! Что из пластики больше не модно и что становится трендом

Мода быстротечна. Мы привыкли, что каждый сезон бренды предлагают нам новые решения в одежде, а Институт цвета Pantone объявляет главный оттенок года. Есть ли такие ориентиры у пластических хирургов? Кто задает моду на операции? Какие изменения актуальны, а какие уже не пользуются спросом? Рассказывает пластический хирург Максим Вашин.