Юрист планирует судиться с Латвийским государством, которой увеличило налогообложение книг на русском языке 3 173

«В январе этого года я приобрёл в Риге несколько книг на русском языке: Навальной «Патриот», Силиса «Михаил Эйзенштейн» и Гришэма «Обмен». Я уплатил НДС в размере 21%. Если бы эти книги были изданы на латышском или английском языке, к ним применялась бы ставка 5%, и я заплатил бы на 6,89 евро меньше. Это меня огорчило, поэтому сегодня я направил в Службу государственных доходов просьбу компенсировать разницу и принести извинения», – написал Алексей Димитров в соцсети.

Он считает, что такая различная ставка НДС нарушает принцип налоговой нейтральности, закреплённый в Директиве ЕС по НДС. Если для потребителя нет разницы, на каком языке читать, то книги на разных языках являются сходными и взаимоконкурирующими товарами, и к ним нельзя применять разные ставки.

«Если же язык всё-таки влияет на выбор, тогда следует оценить, не нарушен ли запрет дискриминации. Применяя регулирование НДС, государство реализует право ЕС, и на него распространяется Хартия основных прав. Статья 21 Хартии запрещает дискриминацию, в том числе по языковому признаку. Кроме того, Директива 2000/43/EC запрещает как прямую, так и косвенную дискриминацию по признаку расы и этнического происхождения в отношении доступа к товарам и услугам», – пишет Димитров.

Он отмечает, что фактически регулирование устанавливает стандартную ставку 21% для книг на русском, белорусском и цыганском языках. Однако следует учитывать, что эти языки являются языками национальных меньшинств Латвии. Статья 22 Хартии основных прав предусматривает, что Союз уважает культурное, религиозное и языковое разнообразие — и это включает уважение языков меньшинств.

Для Латвии обязательна и Рамочная конвенция о защите национальных меньшинств. Пункт 1 статьи 4 предусматривает, что любая дискриминация по признаку принадлежности к национальному меньшинству запрещена.

«Если в выплате компенсации будет отказано, у меня будет право обратиться в суд. Суд будет вправе — а если дело дойдёт до Сената, то и обязан — задать вопрос Суду Европейского союза о правильном применении права ЕС в данном деле», – заключил Димитров.