![Николаевские ворота открыты туристам.](https://bb.lv/storage/blog_posts/25866/25333/c/64p913h85p40-large.png)
Недавно в Даугавпилсе состоялся фестиваль реконструкторов, посвященный 212–летию обороны Динабургской крепости от войск Наполеона. Это событие стало хорошим поводом для того, чтобы напомнить миру о существовании в окрестностях этого города циклопического сооружения, насчитывающего более двух веков истории.
Судьба нашей городской Крепости знала как моменты громкой славы, так и периоды глубочайшего упадка. К счастью, в последние годы началось возрождение этого уникального объекта, которому уже совсем было грозила гибель.
Уникальный комплекс
Даугавпилсская Крепость — одно из крупнейших фортификационных сооружений в Восточной Европе. Единый крепостной ансамбль раскинулся на обоих берегах Даугавы.
"Впечатляющий комплекс строений с циклопическими стенами, бастионами, равелинами, выполненный в характерном для Российской империи XIX века стиле русского ампира. Мне трудно даже сходу так сразу назвать другое что–то подобное. Ну, разве что крепость Порт–Артура — при обороне которой, кстати, погиб мой дед", — рассказывал автору этих строк даугавпилсский краевед Янис Кивриньш, посвятивший изучению Крепости большую часть жизни. И действительно, она производит совершенно неизгладимое впечатление — особенно на тех, кто видит ее впервые.
Начать возведение Крепости в 1810 году распорядился в преддверии очередной войны с наполеоновской Францией российский император Александр I — для чего в окрестности маленького городка Динабург (ныне Даугавпилс) прислали несколько полков.
Впрочем, даже напряженно трудясь, солдаты не успели окончить строительство до начала военных действий. В июне 1812 года Наполеон, перейдя со своим гигантским войском западные рубежи Российской империи, выделил для наступления на Санкт–Петербург 10–й корпус маршала Жака Макдональда и 2–й корпус маршала Николя Удино, состоявшие в общей сложности из 60 тысяч солдат.
Однако французы потеряли драгоценные несколько недель и понесли большие потери, безуспешно пытаясь взять недостроенную Динабургскую крепость. Ее гарнизон сумел отразить атаки, проведенные маршалом Удино 1, 2 и 3 июля. В ночь на 4 июля, получив приказ от Наполеона отступить от Динабурга и двигаться вдоль левого берега Даугавы вверх по течению реки, Удино ушел от Крепости.
"Храбрый гарнизон", — так оценил действия динабуржцев генерал Михаил Барклай–де–Толли в своем рапорте Александру I. "Я никогда не полагал, — писал Барклай–де–Толли одному из коллег, — что Динабургское мостовое укрепление можно было защищать против превосходных сил неприятельских долгое время".
Но российское командование не собиралось дальше отстаивать Динабург, поскольку знало о слабости недостроенных укреплений. 20 июля русские оставили Крепость. Однако свою задачу она выполнила. Наступление французов на Петербург оказалось сорвано. Макдональд пошел завоевывать Курляндию и всю войну простоял под Ригой, которую так и не сумел взять.
Сохранилось письмо французского инженерного офицера Марина невесте, датированное 19 сентября 1812 года: "Сейчас мы отдыхаем в Динабурге, который достался нам не без трудностей, еще недавно здесь бушевали жаркие бои. Мне пришлось сражаться ежедневно; по счастью, я не потерпел урона… Русские действовали отлично, а мы очень спешили со взятием этой крепости, чтоб спасти свой тыл и запасы, которые, из–за постоянных налетов казаков пребывали в большой опасности… Сами русские были удивлены тогда своими успехами. Жизнь наша теперь не самая приятная: спим на соломе, за два часа до рассвета уже на ногах. Вокруг неспокойно, неподалеку от крепости постоянно появляются летучие отряды русских — в их поисках мы частенько не слезаем с лошади по шестнадцать часов кряду, сапог никогда не снимаем, по ночам нас то и дело будят; питаемся скверно: без вина, все на черном ржаном хлебе, и пьем отвратительную воду. Много нужно сил, чтобы выносить все это. Меня и не удивляет, что в армии столько болезней. Наш образ жизни и здешняя погода — враги посильнее русских…"
Расцвет и запустение
После окончания войны работы по ремонту и дальнейшему строительству Крепости проводились под руководством специалистов Инженерного департамента Военного министерства Российской империи. 21 мая 1833 года в присутствии царя Николая I и высшего духовенства империи состоялось освящение Крепости.
Янис Кивриньш рассказал о том, каких жертв стоили работы: "Только в 1810–м, когда начали возводить Крепость, умерли 1050 ее строителей. А вообще ее строили фактически дважды. Поскольку в силу того, что для нее изначально было выбрано очень неудачное, заболоченное место, в 50–х годах XIX века там все начало разрушаться и обваливаться. В итоге пришлось наново забивать сваи, вновь возводить стены и строения, стараясь закрепить их как можно более надежно". Окончательно работы завершились лишь в 1878 году.
К концу XIX века, в связи с развитием дальнобойной артиллерии, Крепость потеряла всякое военное значение. 12 апреля 1897 года она, согласно официальному указу, становится крепостью–складом.
С 1920 по 1940 год здесь квартировали части латвийской армии. Во время Второй мировой войны в Крепости был организован лагерь для советских военнопленных Stalag–340, а в ее предмостном укреплении на противоположном берегу Даугавы — еврейское гетто, куда помещались евреи со всей округи в ожидании расстрелов. С 1948–го по 1993 год в Крепости размещалось Даугавпилсское высшее военное авиационное инженерное училище имени Яна Фабрициуса (ДВВАИУ), производившее подготовку инженеров и техников для советских ВВС.
21 июня 1994 г. согласно распоряжению правительства Латвии № 294–r Крепость передали в ведение самоуправления Даугавпилса, а советских военных отсюда вывели. Последовало более пятнадцати лет запустения, когда Крепость превратилась в "мертвую зону" — она постепенно ветшала и разрушалась. В заброшенных пустующих зданиях от сырости прогнили потолки и паркетные полы, в аварийном состоянии оказались крыши, нарушилась дренажная система. Некогда гордую и величественную Крепость наводнили бомжи, наркоманы и мародеры, подчистую вынесшие все мало–мальски ценное, оставленное уходящей армией.
О Крепости в Даугавпилсе ходила в 90–х худая слава — и неудивительно. Забредший сюда путник увидел бы мрачные развалины, днем служащие приютом бомжам, а ночью — призракам, безлюдье, нарушаемое лишь непуганными туристами, бурьян и кучи мусора… Те даугавпилчане, кто сами в этом районе "счастья" жить не имели, Крепость посещали редко, и даже охотники за цветметаллом обходили ее стороной, не без оснований считая, что все, чем они могли бы здесь поживиться, давным–давно ободрано…
В ту пору Крепость производила впечатление некоего города–призрака — заброшенные казармы, черные провалы бойниц на осыпающихся фасадах старинных бастионов и таинственные подземелья…
Очень скоро исторический памятник, оставшийся без должного присмотра и ухода, стал разрушаться. По словам Кивриньша, в свое время под казематами бастионов были проложены листы чистого цинка, которые в течение ста шестидесяти лет спасали эти помещения и их стены от сырости и разрушения. "С 2007 года, в течение пяти лет, этот цинк процентов на восемьдесят выдрали охотники за металлом. В результате вода больше не отводилась с поверхности, а проникла прямо в кладку — из тридцати двух исторических крепостных зданий двадцать два пошли трещинами. Многие годы я на голом энтузиазме брался за расчистку системы коммуникаций под крепостью от наносимой туда весенним половодьем и выкидываемой людьми дряни. Залезал в такие лабиринты, куда вряд ли кто–нибудь рискнул бы сунуться", — рассказал краевед.
Начало восстановления
Также большой бедой оказались корни деревьев, разросшихся на крепостных валах. "Чтобы воспрепятствовать разрушению валов, деревья и кусты время от времени вырубались. Кроме того, ремонтировались некоторые помещения. Однако всего этого было явно недостаточно", — повествует краевед Дмитрий Коробкин, долгие годы проработавший на историческом объекте охранником.
В связи с бедственным положением Крепости правительство Латвии одно время даже серьезно рассматривало проект ее продажи "по частям". Но против этого решительно восстал Кивриньш, много лет выступавший в прессе с критикой столь безответственного отношения к историческому наследию.
Зарубежные эксперты, посещавшие Крепость, неоднократно выражали удивление по поводу того, что столь значительный архитектурно–исторический памятник пребывает в небрежении. Ситуация стала меняться к лучшему лишь в последние годы: началась очистка защитного рва от мусора, кустов и деревьев, восстановили водоснабжение, теплотрассы, ливневую канализацию, произвели реставрацию крепостных ворот и улиц, которые заново замостили. Проект восстановления Крепости Даугавпилсская дума реализовала в сотрудничестве с Европейским фондом регионального развития и Государственным агентством регионального развития — но львиную долю составили именно европейские деньги.
Начался перевод в Крепость руководящих структур региональной полиции, а в бывшем крепостном госпитале решили оборудовать центр содействия предпринимательской деятельности.
Наконец, в бывшем здании крепостного арсенала открыли многофункциональный арт–центр Марка Ротко — названный по имени знаменитого художника–абстракциониста, родившегося в Даугавпилсе (тогда Двинске) в 1903 году. Успехи в деле реконструкции Крепости были поощрены выдачей "Европейского приза за ландшафт", который в начале июня 2017 года международное жюри на 5–й сессии Совета Европы присудило именно Даугавпилсу.
Реставрация Крепости продолжается и сейчас. Так, на исходе 2022 года городская строительная управа приняла в эксплуатацию отреставрированные валы 7–го бастиона. Это пятиугольное укрепление, находящееся напротив центра Марка Ротко — общая длина его наружной стены составляет 410 метров. На деньги, полученные из трех фондов ЕС, здесь произвели восстановление земляного слоя; укрепили и выровняли защитный вал; восстановили пушечную площадку; вырубили со склона кусты и выкорчевали пни; зафиксировали откосы вала специальными техсредствами; восстановили травяное покрытие во всех ранее очищенных плоскостях; воссоздали по историческим чертежам два въезда в бастион.
Был произведен ремонт каменной кладки, для чего использовался особый раствор, специально разработанный для объектов Даугавпилсской крепости — согласно результатам лабораторного исследования состояния ее строений. Ремонтники постарались, чтобы стены бастиона больше не сверкали "щербинами". Недостающие камни были найдены лежащими на земле или взяты из крепостного депозитария строительных материалов (там хранятся камни, собранные из других мест в Крепости). При восстановлении стены многие камни были заново вмонтированы в своих оригинальных местах. Для тех же отверстий, камней для которых подобрать не удалось, были заново изготовлены и уложены "пломбы" из бетона, визуально аналогичные историческим прототипам.
Внутри бастионов над историческим слоем гидроизоляции с покрытием из цинковых листов положили слой керамзитового бетона и дополнительную изоляцию из бентонитовой глины. Кирпичные стены и своды очистили от эрозии, пыли, водорослей, соляных кристаллов; построили новый пол из кирпича; провели в казематы сети и электроснабжения и освещения; установили оборудование для видеонаблюдения, охранную и пожарную сигнализацию. Общие затраты на все эти работы (включая строительное проектирование, авторский и строительный надзор) составили более 1,3 млн евро.
Слухи и реальность
При этом даже сейчас Крепость остается до конца не исследованной и, как уверяют энтузиасты, еще хранит немало секретов.
В частности, ходят слухи о скрывающихся в крепостных подземельях привидениях, которые ночами пугают подвыпивших горожан, решивших прогуляться по историческому объекту. Также шепчутся о многомилионных кладах, которые якобы хранятся в Крепости. "Авторство" этих кладов приписывают то французам, не успевшим вывести награбленное в 1812 году, то гитлеровцам, якобы скрывшим там ценности, отобранные у казненных евреев…
Ваш корреспондент пообщался с даугавпилчанином Володей, который увлекается диггерством — рыщет по старинным подземельям в надежде что–нибудь там отыскать. Подобным чудакам сырой мрак подземелий дороже солнечного света. Рукотворные лазы, скрытые от глаз человеческих секретные ходы, забытые подвалы — вот их "наше все". Для Володи диггерство — что–то вроде "подкормки" его основного занятия, реставрации на продажу старинных вещей: часов, мебели, бытовых приборов, оружия и т. д.
Так вот, вопреки живучим мифам о Крепости, там, по словам Володи, слишком многого не набродишь. "Это сооружение отнюдь не задумывалось как лабиринт. А крепостные запутанные лазы, в которых мало кто из нас не был в детстве испуган летучей мышью — это вентиляция и дренажные каналы. Взрослый там способен перемещаться разве что в три погибели, а посему слава подземелья, где обитал Минотавр, нашей городской Крепостью затмевается лишь в глазах неугомонных мальчишек…" — объясняет Владимир. По его словам, все прежние хозяева Крепости, державшие в ней гарнизоны, свое имущество исправно вывозили, ничего особо ценного не оставив.
Зато в последние годы Крепость приобрела новую славу — аутентичного места проведения фестивалей исторической реконструкции. Они происходят в июле, ибо приурочиваются к годовщинам штурма Крепости наполеоновскими войсками. Их кульминацией становятся "сражения" за Крепость — и вновь ее старые стены окутываются пороховым дымом. В "сражениях" участвуют реконструкторы, доподлинно воспроизводящие военную форму двухсотлетней давности.
13 июля 2024 года Международный фестиваль исторической реконструкции "Динабург 1812" состоялся уже в седьмой раз. На сей раз на него съехались более двухсот реконструкторов из Латвии, Чехии, Эстонии, Литвы и Польши.