![Лена зовет журналиста: наш корреспондент ушел в тайгу на севере Восточной Сибири](https://bb.lv/storage/blog_posts/25723/25189/c/2et9jfac7db0-large.png)
Здесь начинается река Лена, а если на лесных тропах и встречаются люди, так это легендарные сибирские промысловики – охотники да рыбаки.
Где заканчиваются дороги
Жигаловский район Иркутской области в советские годы стал известен по суровым, как сибирский мороз, книгам «Подлеморье», «Тропа Самагира», «За ущельем Семи Волков», фильму «Злой дух Ямбуя» — о медведе-людоеде, а еще — по экспедициям геологов и тех, кто искал исток Лены. Здесь и в XXI веке мир, где люди живут словно на другой планете.
Даже в Иркутской области северный район Жигалово считается местом жизни самых прочных людей — охотников с каменным рукопожатием, ловких рыбаков, умеющих выловить даже царь-рыбу — тайменя. Когда в столице Восточной Сибири — в Иркутске — я говорил, что собираюсь в Жигалово, на отчаянного европейца смотрели удивленно. Оно и понятно, ведь там уже настоящее таежное царство, где плотность населения один человек на километр.
В Жигалово заканчиваются дороги, остается одна — река Лена. По ней летом к поселениям ходят на лодках, зимой по льду — на мощных автомобилях (бессмертных «уазиках» да «нивах») или снегоболотоходах на воздушной подушке.
На лесных тропах и у берега Лены следов человека не видно, зато медвежьих — полно.
Редкий гость доберется до середины тайги
В Жигалово меня пригласил давний друг — бывший вице-мэр района, учитель физкультуры местной школы, опытный рыбак и матерый охотник-волчатник Алексей Молчанов. Его любимое время отпуска — не летние пляжи Турции, а снежная зима, когда можно уйти на промысел в тайгу, где от морозов (иногда минус 50) лопается кора на великанах-кедрах, а лиственницы трещат.
Когда человек из Европы (крайне редкий гость на севере Сибири) оказывается в Жигалово, он испытывает чувство нереальности. Представьте: кругом — тайга, вдруг ее границы расступаются, и открывается вид на деревеньку близ Лены, ну или самый крупный в районе поселок Жигалово, самим своим существованием разбивающий европейские мифы о гибнущей, спивающейся русской деревне.
Здесь в тайге, если будешь употреблять горячительное, то не переживешь зиму, летом не запасешь впрок рыбы или даров леса, а осенью — кедрового ореха (и для семьи, и на продажу).
Поселок Жигалово хоть и в самом глухом районе Иркутской области, но живет бодро: две школы, детсады, магазины, муниципальные предприятия (например судоверфь), ладные дома, богатые огороды с ухоженными грядками и пышными клумбами под окнами с резными наличниками.
Прижимистая Лена
Взглядом из Латвии даже вообразить сложно такие масштабы. Лена – более 4400 километров, на 900 длинней Волги и примерно на 4000 нашей Гауи — самой протяженной реки Латвии...
В прошлом со всего Союза снаряжались в Иркутскую область экспедиции по поиску истока Лены в горах левобережья Байкала — и насчитали семь «официальных», хотя один стопроцентный не найден и в XXI веке.
На территории Жигалова Лена еще не та, как в Якутии, где ее ширина измеряется километрами. Тут она, как говорят сибиряки, молодая, лишь насыщается огромной силой, такой, что во время весенних разливов за считаные часы сносит города на дальнем севере. Но и в Жигалово Лена дух захватывает, когда любуешься ею.
В горах река образуется при слиянии ручьев, глубина ее здесь около метра, зато течение уже столь мощное, что весной легко сметает на пути валуны, скатившиеся со скал. Чуть подальше любители сплавов спускают байдарки и каяки, желая бросить вызов стихии. Лена несется с бешеной скоростью, вскипает на породах, подтачивает скалы, торчащие из воды зубьями.
А потом начинаются знаменитые «Ленские прижимы». Вода здесь несется между скал с такой скоростью, что на поворотах словно поднимается боком – виден четкий перекос: около одного берега Лена ниже, чем у другого. Такой феномен.
После «прижимов» Лена петляет, будто убегает от кого-то, расходится на рукава, затем опять сливающиеся в одно русло. И только на равнине Лена словно успокаивается.
Хотя спокойствие обманчивое. Большая часть территории, где она протекает, зона вечной мерзлоты, река за зиму, которая тут около шести месяцев, обрастет таким слоем льда, что весной во время таяния сносит на пути города. В мае 2006-го она практически смыла город Ленск: каменные здания сметала, будто спичечные коробки!
Так сказал тунгус
Но летом по Лене можно без риска для жизни идти даже на обычной лодке — скажем, в центральной части области. Это и делают местные тунгусы-охотники (коренные жители края), уходящие на промысел в леса на месяц, а то и на два. И название реки — тунгусское словосочетание «Елю-Эне»(«большая вода»).
Когда на эту землю пришли казаки в XVII веке, они, услышав от тунгусов быстропроизносимое словосочетание «элюэнэ»-«элюлена», упростили его: «А, Лена...».
Так, зная все эти истории и масштабы, оказавшись у берега величайшей реки Земли, испытываешь чувство нереальности, а от запахов трав на берегу Лены пьянеешь.
Кто хозяин тайги
В Жигалово медведей и волков не боятся даже дети, а вот к мошке с трепетом относятся и самые крепкие мужики. В этом ваш корреспондент убедился, когда с Алексеем Молчановым отправился в тайгу на строительство охотничьего зимовья.
— Ты не беспокойся особенно, медведь больше человека боится, чем ты его... Впрочем, и нападает медведь тоже, но только зимой, когда голодный, а летом ходи по тайге спокойно. И я не раз медведя встречал. Однажды мы с женой шли по тропинке и несли с собой топорик, пилу, еще что-то. И тут вдруг прямо перед нами выбегает медведь, явно не ожидавший в лесу людей встретить. Встал на задние лапы (медведь, когда так делает, не напасть хочет, а просто интересуется, рассматривает, атакует-то снизу) — огромный такой. А бежать от медведя нельзя — все равно не удастся, легко догонит и порвет… Ну, я тоже выпрямился, заревел, руки поднял, чтобы «показать силу». А сбоку у меня на ремне пила двуручная висела, качалась и звук такой издавала — «выж-ж-ж», «выж-ж-ж».
Медведь не понял, что происходит, кто перед ним «лапами» машет, странные звуки издает — и испугался. Но не развернулся обратно в тайгу, а опустился на все лапы, рядышком обежал нас с женой и понесся по той же тропе дальше по делам. Словом, всякое тут у нас бывает, — рассказывал мне Алексей Леонидович у берега Лены, где мошка атаковала агрессивнее любого медведя, и от нее не спасали никакая антикомариная сетка на лице.
Рига — Жигалово — Рига
Фото автора.
Комментарии (0)