Как два гея с Казахстана приехали в ФРГ и отремонтировали 5-этажный дом 0 556

лексей переехал в Германию вместе со своим другом Виталием (по просьбе героев фамилии не указываются) в 2016 году: у себя на родине, в Казахстане, они работали в посольстве, и в новой стране они несколько лет экономили на всем и с трудом находили работы. Сейчас они переехали в деревню, купили там дом и занимаются ремонтом. Алексей рассказал «Холоду», как им удалось обустроиться в новой стране, почему в Германии непросто купить дом и зачем им понадобилось уезжать в деревню.

-Мы с Виталием оба родились в Казахстане. Там у нас был высокий уровень жизни: мы оба работали на высокооплачиваемых престижных должностях в посольстве. Однако у меня всегда была мечта поступить в магистратуру за рубеж. В Германии тогда можно было учиться бесплатно, если пройти по конкурсу, а Виталий — этнический немец, его предков переселили в Казахстан в 1940-х годах, поэтому он мог легко поехать туда на этом основании. Так мы и решились на переезд. Я поступил в Гогенгеймский университет в Штутгарте — один из лучших в Европе в сфере сельскохозяйственной экономики. За учебу пришлось платить небольшие взносы — 130 евро за семестр, хотя за обучение в казахстанском университете я платил гораздо больше. Я не планировал просто поучиться и вернуться обратно — я поставил цель остаться в Германии. Здесь, в отличие от стран СНГ, ценят важные для нас вещи: верховенство закона, принципы демократии, уважение к меньшинствам — от религиозных групп до ЛГБТ-сообщества. Но мы не бежали из Казахстана, поэтому были готовы вернуться обратно, если что-то пойдет не так.

Деньги таяли

В конце 2016 года с разницей в два месяца мы с Виталием переехали в Германию. Первое время я испытывал сильную эйфорию от страны и нового климата: на родине зима длилась с ноября по апрель, и температура порой доходила до минус 30°C, а в Германии даже в январе могут расти цветы. Виталию было чуть сложнее: когда он приехал, была как раз дождливая немецкая зима. Еще было очень холодно: иногда мы просто не могли согреться дома, приходилось надевать теплые носки и свитера — везло, если температура в помещении доходила хотя бы до 20 градусов.

И все же первое время мы смотрели на страну глазами туристов и видели только хорошее. У меня была студенческая жизнь, а Виталий ходил на курсы по изучению языка, которые полагались ему как переселенцу. Мы учились, много гуляли и, несмотря на отсутствие стабильного заработка, умудрялись даже путешествовать по стране.

Первое время действительно было финансово тяжело — мы приехали с запасом денег на банковском счету и каждый месяц наблюдали, как он тает. Мои минимальные расходы составляли 750 евро в месяц, включая аренду комнаты, и я экономил на всем, на чем было можно, и вел таблицу трат.

В грязной одежде под дождем

В Германии было тяжело найти работу: здесь огромная конкуренция буквально во всех сферах. Ты можешь выслать полсотни резюме и не получить никакого ответа, и дело не в том, что ты мигрант: на одно место в Германии действительно может претендовать 300–500 человек.

Правда, в специальностях, где нужно уметь что-то руками, конкуренция меньше — в таких профессиях сейчас нехватка специалистов. В Германии, будучи сантехником или плиточником, ты можешь получать сказочные деньги — намного больше работника банка.

Кроме того, найти работу без хорошего уровня немецкого было сложно — шанс устроиться с английским был разве что в Берлине или Гамбурге. В целом немцы очень неохотно используют английский, и мы оба очень много времени инвестировали в изучение языка — постоянно ходили с учебниками и пытались разговаривать на немецком.

Спустя год мы устроились на такие работы, которые в Казахстане не могли даже представить: Виталий — стюардом, а я пошел на базар продавать овощи и фрукты. Раньше я работал на престижной должности, а теперь в грязной одежде под дождем толкал тележку сельдерея на склад.

Но даже тогда я понимал, что ни о чем не жалею, — я знал, что наступит момент, когда все будет хорошо. На новых работах мы хотели выучить язык и понять, как работает рынок в Германии, и это действительно помогло преодолеть все языковые барьеры и страхи.

Бешеная бюрократия

Со временем я нашел работу по специальности — в области цифровой рекламы, а Виталий — в проектном менеджменте в IT. Однако к прежнему уровню жизни мы смогли вернуться только спустя пять лет после переезда.

В Германии оказалось очень много дополнительных обязательных расходов — в чистом остатке денег оставалось сильно меньше, чем раньше. Здесь дорогие коммунальные услуги — только за электричество, воду и интернет приходится отдавать около 150 евро в месяц.

К тому же у нас появилось огромное количество трат, о которых мы и не думали раньше — например, страховка на причинение ущерба чужому имуществу, без которой ты не можешь арендовать жилье. Еще мне пришлось оформить страховку даже на свой блог в инстаграме — на случай, если какая-то фирма обвинит меня в том, что я неправомерно использовал их музыку. Стоит она 294 евро в год. В месяц на платежи по страховке, коммунальным услугам и другим обязательствам уходит, по скромным подсчетам, не меньше 300 евро.

У Германии есть и другие минусы. Например, бешеная бюрократия, огромная зарегулированность и конкуренция в любых сферах. Еще нам приходилось привыкать к раздельному сбору мусора — каждый раз нужно было думать, куда и как выкинуть пластик, батарейки и лампочку.

Придется платить 30 лет

Мы с Виталием всегда хотели купить дом в сельской местности. Несколько раз мы были в шаге от покупки дома, но каждый раз отказывались по тем или иным причинам: то строительный оценщик указывал нам на многочисленные недочеты дома, то мы сами предлагали сильно низкую цену для рынка, из-за чего не смогли завершить сделку.

Около пяти лет мы искали подходящий дом. Когда наконец нашли, нам дали ипотеку под 3,5% годовых. В Германии в ипотеке довольно много подводных камней: процент низкий, но, например, весь долг нельзя погасить досрочно — максимум 20 тысяч евро в год сверх основного платежа. Если я неожиданно получу огромное наследство и захочу вернуть банку всю сумму, мне придется заплатить сверху штраф в 65 тысяч евро. В Казахстане я брал квартиру в ипотеку — правда, под 20%, но я смог закрыть ее досрочно и переплатил не так много, а в Германии эти 3,5% будут преследовать нас все 30 лет.

Для покупки недвижимости здесь требуется постоянный вид на жительство. В случае временного вида на жительство банк может сделать поблажку, но, например, поднять процент по ипотеке. Но это нас не затронуло: у меня к тому моменту уже был ПМЖ, а Виталий получил паспорт спустя две недели пребывания в Германии. В этом году я тоже его получил. Мне также пришлось пройти через процедуру «утраты гражданства», потому что по законам Казахстана я не могу иметь два паспорта. Я не хотел терять гражданство родной страны, но выбора не оставалось.

Вся процедура покупки у нас заняла около пяти месяцев: примерно через месяц после договоренности с продавцом состоялась сделка у нотариуса. После этого мы прошли еще множество этапов: сначала временная запись вносится в реестр недвижимости, чтобы зарезервировать дом и обезопаситься от недобросовестных сделок, после этого еще около месяца проверяют, точно ли дом больше никому не принадлежит. Затем из реестра убирают предыдущих хозяев дома и туда вносят нас как владельцев — на это тоже уходит время.

Уложиться в бюджет невозможно

В августе 2024 года мы заехали в дом — он находится в районном центре Хайльбронн. Оттуда достаточно быстро можно доехать до Франкфурта и Штутгарта.

В доме пять этажей, но у него необычная планировка: он стоит на уклоне, поэтому там только два полноценных этажа, а три с одной стороны расположены ниже уровня земли. Пространство разделено на несколько частей: две двухкомнатные квартиры (65 и около 50 квадратных метров) и 120 квадратных метров обычного жилого пространства. На самом нижнем этаже мы планируем сделать баню, а еще есть мансардный этаж — делать жилым мы его не планируем.

По мнению продавцов, он был уже готов для жизни — и покупали мы его за соответствующие деньги. В итоге там было готово все, и в то же время ничего: протекали трубы и канализация, электрика была сделана непрофессионально, а ремонт был так себе. Если последнее — это дело вкуса, то все остальное нам было важно исправить.

Когда пришла пора делать ремонт, мы рассчитывали особо не погружаться в дело и довериться специалистам. Однако вскоре мы поняли, что недооценили ситуацию: мастера в Германии — не такие уж и специалисты, а уложиться в нужный бюджет в таком случае было бы невозможно.

Легко нарваться на мошенников

Здесь очень тяжело найти хороших рабочих — даже если ты ищешь их через фирму, это не гарантирует качество работы. Например, мы нанимали специалистов, чтобы перестроить балкон. За это мы заплатили 20 тысяч евро, но работу все равно сделали неправильно: часть бетонной плиты просто осталась торчать. В качестве моральной компенсации нам вернули только 500 евро. После этого нам пришлось обратиться в другую компанию — им мы заплатили еще 1500 евро — за такие деньги они просто немного подправили конструкцию балкона.

Помимо этого, тут легко можно нарваться на мошенников. Однажды, когда у нас прорвало трубу, мы обратились к сантехникам и заплатили 400 евро. Они приехали без оборудования, ничего не сделали, да еще и прихватили наши инструменты. В Германии таких много: они знают лазейки в законах и пользуются ими.

Даже если ты захочешь разобраться и вернуть деньги, придраться будет невозможно — они будут отвечать, что работали по правилам и сделали все возможное. И закон будет на их стороне. В Казахстане есть союз защиты прав потребителей, который постоянно кошмарит недобросовестные компании, а в Германии такого нет.

Поэтому мы стали делать ремонт своими руками — и даже так на него уходят огромные деньги. К примеру, мы сами пробивали в стене отверстия под электрический щит и разводку, чтобы электрик просто пришел, протянул и закрепил проводки и поставил защиты — но даже такая работа обойдется в 10 тысяч евро. Если бы все делали специалисты, мы отдали бы около 20 тысяч.

Когда мы жили в Казахстане, я понятия не имел, как класть плитку, как устроены трубы и сливы — ведь есть квалифицированные люди, которые придут и сделают все. Теперь в Германии я после работы вместо того, чтобы смотреть кино или заниматься спортом, сижу и осваиваю десяток новых профессий. Иначе ты ничего не сможешь закончить или разоришься.

В деревне нет молодежи

Дом в городе мы не смогли бы позволить себе по деньгам, поэтому сразу знали, что переселимся в деревню. Рядом с местом, где мы теперь живем, много сельскохозяйственных земель, река, холмы с красивыми пейзажами, лески — правда, все они частные и искусственно посаженные. В этой области есть виноградники и винодельни, а еще здесь достаточно много диких животных — нам часто перебегают дорогу лани, лисы, зайцы, кабаны.

Мне нравится, что в Германии цивилизация не заканчивается границами большого города. В Казахстане было все очень хорошо в столицах, но села и деревни — в настолько плачевном состоянии, что ты будто бы перемещаешься на сто лет назад. Здесь же у нас есть магазины, хорошие дороги, шикарный интернет, электричка. До ближайшего города нам около 25 минут езды — в Астане я от своего дома до центра доезжал примерно за это же время.

В немецких городах обычно высокий уровень преступности, а в деревне входную дверь можно просто не закрывать. Правда, нам иногда не хватает молодежи — в основном в деревне живут люди старше 50 лет. Возможно, если бы у нас не было ремонта и собак, нам было бы скучновато.

Кроме того, жители сельской местности по большей части консервативны. И в целом, как мне кажется, немцы консервативнее, чем, например, скандинавы, голландцы или англичане — их менталитет даже ближе к нашему по ценностям и отношению к меньшинствам. Германия была одной из последних стран Западной Европы, которая легализовала однополые браки — она сопротивлялась очень долго и делает это до сих пор. Несмотря на все это, мы легко подружились с соседями — нас сблизили собаки. Сейчас наша главная цель — закончить ремонт. Мы хотели бы увидеть Новую Зеландию и Австралию, но довольно тяжело из-за финансов — каждый раз приходится выбирать: потратить деньги на отпуск или, например, установить перила на лестницу.

Самым главным лишением в Германии для нас является разлука с родителями — мы очень близки с ними, а переезжать в Германию они не хотят. Были времена, когда мы приезжали на родину по несколько раз за год, но теперь, с покупкой дома, у нас не получается. Но, думаю, мы найдем способ. Пока мы просто хотим профессионально развиваться и быть счастливыми.