Комментарий раввина из Израиля: «Если еврей крестился, он не может репатриироваться» 0 547

В Кнессет Израиля внесен законопроект о поправках в Закон о возвращении: он предлагает, чтобы автоматическое право репатриироваться в Израиль получали только галахические евреи, а реформистские и консервативные гиюры не давали бы больше автоматического права на алию. При этом, по замыслу Ротмана, остальные члены еврейских семей (супруги, внуки, евреи по отцу и т.п.) смогли бы претендовать максимум на обычный путь получения гражданства, без статуса "олим" и связанных с ним льгот.

Корреспондентка Newsru.co.il Мария Волох обсудила эти законодательные инициативы с председателем Совета реформистских раввинов Израиля и главой реформистской общины "Даниэль" в Яффо Биньямином Миничем. В ходе интервью были подняты и другие темы.

-Как возникло право на репатриацию для внуков евреев?

-Изначально в Законе о возвращении было записано, что репатриироваться могут евреи и члены их семей: супруги и дети. Соответственно, если у еврея есть ребенок от не еврейской жены, он имеет право на репатриацию. При этом изначально в законе не было определения еврея. Насколько я помню, до 1959 года в Израиль репатриировались по личной декларации. Человек приходил, говорил, что он еврей – и этого было достаточно.

Поэтому создалась параллельная система раввината по подтверждению еврейства. Есть точные свидетельства, что польских жен привозили и записывали, как евреек. Про бывшего премьер-министра и президента Шимона Переса распространяли слухи, что у него мать не еврейка, поэтому он такой "левак". Про бывшего премьер-министра Ариэля Шарона говорили, что у него мать арабка. Конспирологи не сейчас появились.

Но для религиозных было важно, чтобы в законе было записано определение по матери. И в итоге в 1970 году они провели компромиссную поправку. С одной стороны, вставили традиционное определение, что еврей – это тот, кто родился от еврейской матери или прошел гиюр, а с другой стороны записали, что внуки евреев тоже могут репатриироваться. Поэтому сейчас мне смешно, когда предлагают отменить поправку о внуках. Давайте отменим компромисс, вернем определение еврея по личной декларации.

Почему ортодоксы не хотят, чтобы в Израиль приезжали внуки евреев?

Не стоит обобщать, это не связано с ортодоксальностью. Те, кто не хотят, чтобы сюда ехали дети и внуки евреев, делают это не потому, что они харедим, а потому, что – радикальные националисты.

На иврите "харада" значит фобия. Они говорят, что это потому, что они богобоязненные. А я говорю: потому, что они всего боятся. Самая большая фобия ортодоксального еврея – это что его внуки будут не евреями. И должен сказать, что я этот страх понимаю. Но я не могу на это повлиять. Я выбрал жениться на еврейской женщине, на собственный выбор я могу повлиять. Но повлиять на то, на ком женятся мои дети, я не могу. С дочерью повезло – от нее внуки уже точно будут евреями, но у меня еще два сына. С одной стороны, мне бы хотелось, чтобы они женились на еврейках. Но с другой стороны, я понимаю, что мы живем в современном мире. И если я хочу, чтобы мои внуки 100% были евреями, я должен стать ультраортодоксом, переехать в гетто и с высокой вероятностью обречь своих детей на бедность.

-Если я правильно понимаю, иудеи вообще не хотят, чтобы люди принимали их религию. Зачем тогда нужен гиюр?

-Об этом ведется много споров. В Талмуде написано, что того, кто приходит принимать иудаизм, нужно отговаривать. Отговаривать и отказывать – это не одно и тоже. Прописана процедура: человеку два раза отказывают, на третий принимают. Мы проверяем серьезность кандидата.

На протяжении веков не особо модно было принимать иудаизм. Кто захочет принимать религию, из-за которой тебя могут убить? Потом, когда появился Израиль, люди из бедных стран захотели здесь жить. Поэтому стали говорить о необходимости ограничивать право на репатриацию.

Например, в Мексике вообще нет гиюра. В местной культуре у многих состоятельных евреев есть официальная еврейская жена и мексиканская любовница. Ортодоксальные раввины запретили проводить там гиюр, опасаясь, что мужчины начнут бросать жен и делать гиюр любовницам. При этом мы знаем, что в Москве можно пройти гиюр за деньги. Если ты жена олигарха, например.

-Как вы относитесь к запрету на репатриацию для евреев, принявших другую религию?

-В Законе о возвращении есть формулировка "и не принял другой религии". Это большая идеологическая проблема. То есть, если еврей крестился, он не может репатриироваться. Но суд истолковал этот закон в пользу практикуемого христианства (именно религиозной практики, а не только инициации).

Я из города Керчь в Крыму, и в там межрелигиозный синкретизм просто сумасшедший. В конце XIX века у евреев-крымчаков на протяжении 33 лет был раввин, к которому ходили все: христиане, мусульмане, крымские татары. Мол, святой человек, пойдем на поклон, руку поцелуем. К святителю Луке Крымскому, когда он был архиепископом, тоже все ходили. В Топловский монастырь все ходили окунуться в целебный источник. В Крыму мы росли в смешении культур: сегодня яйцами стукнемся, завтра мацу вам принесем попробовать, все нормально. Но при этом, каждый прекрасно знал, к какой религиозной традиции принадлежит его семья и предки.

-Как вы стали раввином?

-Когда в Керчи образовалась еврейская община, она очень быстро стала реформистской. Как я сейчас это вижу, такое решение приняли по утилитарным причинам: не хотелось менять свой образ жизни, хотелось продолжать есть сало и пить водку в Песах.