«Пояс и путь» Китая привязали к нему экономики Центральной Азии 0 47

Китай и пять стран Центральной Азии завершили 2025 год с рекордным объёмом товарооборота, достигшим 106,3 млрд долларов США. По оценке Главного таможенного управления Китая, это новый исторический максимум. Данная величина имеет не только статистическое, но и историческое значение, отражая глубинные изменения в характере экономических связей между Китаем и Центральной Азией.

В начале XXI века подобные масштабы взаимодействия представлялись маловероятными. В тот период Китай ещё не занимал нынешнего места в мировой экономике, а Центральная Азия, находясь вдали от «океана мировой торговли», воспринималась преимущественно как регион с ограниченной вовлечённостью в глобальные торгово-экономические процессы. За прошедшую четверть века изменился не только Китай, трансформировавшийся из «мировой фабрики» в комплексный центр производства, инвестиций, технологий и логистики, но и сама Центральная Азия, особенно в последнее десятилетие.

Регион последовательно укреплял государственные институты, развивал инфраструктуру, расширял внешнеэкономические связи и формировал собственную региональную субъектность. Китай и страны Центральной Азии целенаправленно шли навстречу друг другу, выстраивая отношения на основе уважения суверенитета, прагматизма и взаимной выгоды. Именно эта встречная динамика стала фундаментом нынешнего уровня экономической взаимосвязанности.

Сотрудничество в рамках ШОС, а затем и в формате Китай – Центральная Азия, который в последние годы приобрёл устойчивые институциональные очертания, создало благоприятные условия для торговли и инвестиций. Ни ограничения периода COVID-19, ни замедление мировой экономики, ни серьёзные вызовы для международной торговой системы не смогли стать препятствием для достижения рекордных объёмов взаимной торговли.

Особое значение имеет тот факт, что данный результат был достигнут на пять лет раньше намеченных ориентиров. Это свидетельствует о том, что за цифрами стоит не конъюнктурный всплеск, а долгосрочная, последовательная и целеустремлённая совместная работа, охватывающая торговлю, инвестиции, промышленную кооперацию, транспорт, энергетику и гуманитарные обмены.

Современная структура торговли между Китаем и Центральной Азией демонстрирует качественное усложнение экономических связей. В 2025 году экспорт Китая в страны региона составил 71,2 млрд долларов США, увеличившись на 11 %. Его основу формируют машины и оборудование, электромеханическая и высокотехнологичная продукция. Однако ещё более показательной является динамика импорта Китая из стран Центральной Азии, который достиг 35,1 млрд долларов США, продемонстрировав рост на 14 %. В структуре импорта – сельскохозяйственная продукция, энергоресурсы (природный газ и нефть), химическая продукция, сталь и минеральное сырьё.

Этот показатель заслуживает особого внимания. Десять лет назад соотношение экспорта и импорта в торговле Китая с Центральной Азией составляло около 10:1 в пользу Китая, а экспортная номенклатура региона была крайне узкой. Сегодняшние данные свидетельствуют о снижении структурной асимметрии, расширении экспортной базы стран Центральной Азии и постепенном формировании более сбалансированной модели экономической взаимодополняемости.

Ключевую роль в этой трансформации сыграла инициатива «Пояс и путь», выдвинутая осенью 2013 года в Астане. Со временем она эволюционировала из набора отдельных инфраструктурных проектов в мощный структурный каркас евразийского развития, который всё чаще воспринимается как экономический позвоночник Евразии.

Подобно позвоночнику, обеспечивающему целостность и устойчивость организма, инициатива связала ранее фрагментированные пространства, выстроив устойчивые транспортные, логистические и производственные связи между Востоком и Западом, Севером и Югом. Центральная Азия в этой конструкции перестала быть периферийным транзитным коридором и заняла место прочного узлового звена, через которое проходят ключевые экономические потоки.

Одновременно «Пояс и путь» сформировался как магистраль роста, вдоль которой концентрировались инвестиции, индустриальные проекты, торговые маршруты и новые формы кооперации. Принципиально важно, что создаваемая транспортная связанность не носила одностороннего характера. Дороги, железнодорожные линии и логистические хабы изначально обеспечивали движение товаров в обоих направлениях, расширяя доступ продукции стран Центральной Азии на китайский рынок и интегрируя регион в более широкие евразийские цепочки добавленной стоимости.

Дополнительным подтверждением практической логики инициативы «Пояс и путь» стало начало в декабре 2024 года строительства железнодорожной магистрали Китай – Кыргызстан – Узбекистан, а также продвижение мультимодального автомобильного коридора Китай – Таджикистан – Узбекистан – Туркменистан – Иран с перспективой выхода на Турцию и европейские рынки. Реализация этих проектов существенно расширяет транзитно-транспортные возможности Центральной Азии, усиливает её роль в евразийской логистике и способствует формированию новых маршрутов, дополняющих традиционные направления Восток – Запад и Север – Юг.

В этом контексте возрождение Великого шёлкового пути перестало быть лишь исторической метафорой и приобрело практическое измерение. Как и в прошлом, он вновь стал связующим мостом многосторонней торговли, технологического обмена и экономического развития, принося ощутимые выгоды всем участникам.

В первые годы реализации инициативы «Пояс и путь» страны Центральной Азии (и не только они) сталкивались с внешним скепсисом и предостережениями. В экспертных и политических дискуссиях за пределами региона высказывались опасения относительно возможных «долговых ловушек», роста зависимости и асимметрии выгод. Однако опыт совместного продвижения инициативы показал, что результаты сотрудничества во многом определяются эффективностью национальной политики и качеством проектной реализации, а не универсальными оценочными шаблонами. Выбор стран Центральной Азии в пользу тесного взаимодействия с Китаем был продиктован прагматичной оценкой реальных выгод и долгосрочных перспектив развития. Так было на заре первого тысячелетия, так сложилось и на заре третьего.

На фоне углубляющегося сотрудничества с Китаем страны Центральной Азии проявляют устойчивый интерес и к развитию диалога с Европейским союзом. В древности Великий шёлковый путь, проходивший через Центральную Азию, соединял Китай с Европой. Запущенная в 2021 году инициатива Global Gateway была воспринята в регионе как потенциальный дополнительный источник инвестиций, технологий и стандартов устойчивого развития.

В то же время, несмотря на политические декларации и анонсированные многомиллиардные инвестиционные пакеты, реализация Global Gateway пока остаётся менее наглядной и более растянутой во времени. Это порождает сомнения относительно её способности в обозримой перспективе оказать сопоставимое влияние на экономическую связанность региона.

В экспертных и деловых кругах Центральной Азии ожидают большей практической отдачи от европейской инициативы. Для «центральноазиатской пятёрки» принципиально важно, чтобы обе инициативы работали эффективно и на цели развития. Центральная Азия всё более последовательно утверждает себя как активный участник глобальных процессов, а не объект геополитического соперничества. В этой связи регион заинтересован в диверсификации партнёрств и в справедливой конкуренции, а не в выборе логики «или – или».

Достижение уровня товарооборота в 106,3 млрд долларов США между Китаем и Центральной Азией стало наглядным подтверждением того, как долгосрочная стратегия, последовательность и взаимное уважение способны привести к результатам, которые ещё в начале века казались трудноосуществимыми. Инициатива «Пояс и путь» сыграла в этом процессе роль своеобразного экономического позвоночника и магистрали роста, глубоко изменив структуру региональной связанности.

Одновременно развитие сотрудничества с Европейским союзом остаётся важным элементом многовекторной политики Центральной Азии.

Потенциал Global Gateway воспринимается в регионе с интересом, но и с ожиданием более ощутимых практических шагов.

Между логикой геополитического соперничества и логикой совместного подъёма страны Центральной Азии всё более уверенно выбирают вторую, стремясь выстраивать устойчивое, взаимовыгодное и уважительное сотрудничество со всеми торговыми партнёрами.