"В детстве я всегда говорила папе: «Буду адвокатом или депутатом». И папа никогда не шутил, отвечал серьезно: «Если ты чего-то хочешь – это обязательно будет». Эта его фраза стала для меня внутренней опорой на всю жизнь".
Мои корни
– Я родилась и выросла в Риге. Мой папа тоже здесь родился и вырос, а мама приехала из Беларуси юной 16-летней красавицей – в поисках лучшей жизни, любви, жениха... (улыбается). Нашла хорошую работу на швейном производстве, и встретила к своему счастью моего папу, он работал в Rīgas Satiksme. И вот с того момента они всю жизнь были вместе.
Семья наша была всегда очень теплой, простой, дружной. Первый ребенок – мой брат, потом через 10 лет родилась я. Это так круто – иметь старшего брата! Детство прошло в обычной рижской реальности: школа, друзья, хобби, увлечения (их всегда у меня было много), мечты. Одна выделялась особенно, я всегда говорила папе: «Буду адвокатом или депутатом». И папа никогда не шутил, отвечал серьезно: «Если ты чего-то хочешь – это обязательно будет». Папы, к моей большой печали, уже нет с нами, он ушел из жизни год назад, но эта его фраза стала для меня внутренней опорой на всю жизнь. (После долгой паузы)... Я папина дочка. Я невероятно папе благодарна за поддержку, мудрость и его веру в меня. Это мне очень помогало двигаться в жизни – только вперед.
После школы я поступила в университет ISMA на факультет «предпринимательство и туризм». Шел 2007-й год, все политики вокруг говорили, как страна будет развивать эту отрасль, какие блестящие перспективы у туризма... И это были не только слова: я видела, как Юрмала развивается, сколько людей к нам приезжает, какие инвестиции привлекаются, какие программы открываются в банках, как происходит процесс кредитования... Я, молодая романтичная девушка, очень впечатлилась тогда этими идеями – и с радостью пошла учиться, чтобы построить карьеру и «развивать отрасль». Верила в счастливую судьбу страны! А потом случилось то, что случилось: наступил 2008-й, потом кризис, и все пошло не по плану...
Хотя на самом деле в моей жизни все пошло не по плану немного раньше, а конкретно – с 22 августа 2008-го года.
Моя любовь
– 22 августа 2008 года мы с сестрой поехали в Вецригу праздновать День города – тогда в столице проводились большие веселые праздники, помните же, да – толпы нарядных людей всех возрастов гуляли и веселились до утра. И вот к нам подходит молодой человек: «Девушки, а что вообще происходит? Что за праздник?» Мы смеемся: «Вы не местный, что ли?» Выяснилось, что местный, но «не совсем» – моряк, в Риге чаще не бывает, чем бывает... Мы гуляли и говорили всю ночь, до семи утра. Дима попросил мой номер телефона и позвонил буквально через несколько часов: «Не спишь уже? Приглашаю на свидание!». На этом же свидании – как его назвать, первом или втором? – он мне сделал предложение. Как в кино (смеется).
Мы сразу подали заявление в ЗАГС, он на пять месяцев ушел в море, а по возвращении мы поженились. И вместе уже 18 лет.
Семья Светланы Чулковой.
«Потому что я так хочу»
Через год учеба в ISMA меня разочаровала: я понимала, что государство сыграло с нами какую-то злую шутку, и перспективы в профессии, которую с такой радостью и надеждой выбрала, тают на глазах... Я оформила gap year («год перерыва», который берут выпускники школ или студенты, чтобы понять, «куда идти дальше», посвящают время саморазвитию, стажировкам, путешествиям или волонтерству, чтобы определиться с профессией) и уехала в Англию – решила попробовать поучиться за границей. Нагрузку сразу взяла как я люблю (смеется): начала одновременно еще и работать. А через восемь месяцев позвонила в слезах мужу в море: «Хочу домой!»
В моем случае на сто процентов сработала пословица «где родился, там и пригодился». Поэтому я вернулась в Латвию, восстановилась в университете, закончила. Это, кстати, тоже хорошая история: диплом я защищала на восьмом месяце беременности. Преподаватели предлагали «приходите позже, возьмите каникулы», но я не понимала: «Зачем?! Беременность – не диагноз, не болезнь, я отлично себя чувствую!». Родила дочку, ушла с головой в материнство – на целых полгода. А потом снова пошло что-то не так (смеется). Я договорилась с папой, чтобы он перенял заботы о дочке и позвонила мужу в море: «Выхожу на работу!»
Высокая энергия
– Не то чтобы он сильно удивился, он все же знал меня хорошо, немного поуговаривал побыть дома, мол, финансово мы можем себе позволить декретный отпуск любой длительности. Но дело было не в деньгах – дело было в моей энергии. Я задыхалась в роли домохозяйки. Такой характер. Такая уж во мне энергия.
Я пошла работать в компанию, которая занималась прямыми продажами. Не для денег – для опыта, для общения, для драйва. И у меня сразу получилось, и хорошо получилось, я быстро продвигалась по карьерной лестнице, а потом все, потолок. И я снова заскучала, но – недолго... Неожиданно для всех (но не для себя самой) пошла работать в Морскую школу. Решила поближе познакомиться с работой любимого мужа (смеется). Изучила полностью всю структуру: морские профессии, документы, сертификаты. Весь процесс – от и до.
Потом перешла в компанию LAPA – она входит в топ-3 компаний мира и уже почти 30 лет в Латвии работает. Прошла обучение и стажировку в Роттердаме и стала «координатором обучения и лицензирования моряков».
Удивительным образом я нашла себя – это была работа, на которой каждый день – кайф! Да, непросто работать по всему миру: не только Европа, но и Америка, Азия, Россия, Украина – абсолютно любые моряки со всего мира были нашими клиентами. И с каждым ты должен уметь договориться, объяснить задачи, пройти проверки, получить необходимые документы. Кайф продолжался вплоть до 2020-го года, а потом началась пандемия.
Мир изменился. Помните, да? Людей закрыли дома, жизнь замедлилась, у кого-то и приостановилась. В том числе и в нашей семье: муж, который обычно проводил месяцы в море, оказался дома надолго. И для нас этот период стал неожиданно… объединяющим. Мы никогда так много и так близко не общались, это было такое счастливое время! Мы как будто еще раз открывали друг друга, с неожиданных сторон; смотрели фильмы, катались на велосипедах, играли в настольные игры, готовили еду, заново узнавали друг друга. Знаю, что многие пары пандемия пошатнула или даже разрушила, а нас – сблизила.
Как чашка кофе может изменить жизнь
– Однажды я увидела в соцсети пост своего давнего друга детства Валеры Петрова – мол, собираю команду на выборы 2020-го года – внеочередные, в Рижскую думу, те самые, после скандала с мэром Нилом Ушаковым. Я поинтересовалась, как там его депутатские дела, а Валера вдруг пригласил меня на кофе, мол, «есть разговор». Не могу сказать, что я тогда так уж сильно интересовалась политикой, но точно знала больше, чем некоторые приятельницы, которые имена президента страны и премьера не всегда могут назвать (смеется). Я знала партии, знала, как и как там работает. Как работают законы. Ведь в течение нескольких лет морские конвенции, законы, документы – это моя ежедневная рутина... Причем в масштабах мира!
Итак, мы встретились на кофе, Валера внимательно выслушал мой рассказ о работе и жизни, и говорит: «Иди по нашему списку на выборы – ты подходишь по всем критериям! Особенно по желанию и способностях наводить порядок и не бояться браться за «заваленные» участки работы». Я так обалдела, что сказала только: «Можно я хоть с мужем обсужу? У нас ребенок, а политика дело серьезное». Валера великодушно изрек: «Конечно! Все понимаю... Но имей в виду: завтра у нас фотосессия для предвыборной кампании».
Женщина в политике
Муж был краток: «Хочешь – пробуй! У тебя всегда, за что бы ты ни бралась, все получается. Попробуй и это. Не получится – вернешься к морским делам. Получится – будет много пользы многому количеству людей». И то и другое – отлично. Так что не вижу причин не попробовать». Что тут скажешь? С мужем мне повезло. Не всех жен так поддерживают мужья, особенно те, кто постарше, кто содержат семью, кто несут ответственность за все... Но мне – повезло.
Так началась моя новая жизнь. Предвыборная компания. Я познакомилась с коллегами, с лидером партии Алексеем Росликовым. Мы подружились. Я не пропустила ни одной агитационной палатки, ходила на все встречи, общалась с людьми, и утвердилась, что моя коммуникабельность здесь очень полезна – я действительно продуктивно могу общаться с самыми разными людьми и мне это не в тягость.
Я поняла, что могу «в политику». Все встало на свои места. И это для меня не просто работа. А дело жизни. В том числе – объяснять людям, как важно понимать, что политика – это не абстрактное «где-то там», а конкретное «здесь и сейчас» с каждым из нас: в новых законах, разрешениях и ограничениях, в ценах в магазинах, на автозаправках, счетах за квартиру...
Мое дело
Постепенно политика перестала быть «экспериментом» и стала делом жизни. Я участвовала в митингах по поводу масок (мы настаивали на разрешении носить маски не по принуждению, а по «здравому смыслу»), работала с людьми, помогала разбираться с юридическими вопросами. Во время ковида мы с командой консультировали людей, помогали писать заявления, боролись за права тех, кто сам хотел решать, принимать вакцину, или нет. Очень многих мы спасли от увольнения. Очень многим мы помогли получить компенсации «за простой». Кстати, именно в тот период муж сказал мне: «А тебе точно нужны две такие сложные работы – в морской компании и в политике?». Этот вопрос помог сделать выбор.
2021-й год стал переломным: вместе с Алексеем Росликовым мы создали и зарегистрировали партию Stabilitātei!, придумали, что нашим фирменным цветом будет оранжевый – цвет энергии, радости, апельсина, солнца и революции! И начали предвыборную кломпанию-2022. Ездили по всей стране – я шутила, что мы как Бременские музыканты, и кстати, тоже собирали стадионы.
После выборов, уже работая в парламенте, начали с того, что буквально спасали людей – помогали заполнять анкеты для сдачи гос.языка по принятому закону об изменении статуса граждан РФ, принятому в ... году. А там же одни старики! И они не понимают, что происходит, они в жутком стрессе... Это был невероятный, огромный объем работы... Люди приходили к нам толпами! Делились своими заботами, горестями, очень просили стать их голосом в Сэйме, «повлиять» и «защитить». И вот именно в то время, когда мы стали крепнуть как новая политическая сила, на нас началось давление со стороны спецслужб. Это происходит, кстати, очень буднично. Раздается звонок: «Здравствуйте, Светлана. Зайдите к нам пожалуйста на разговор такого числа во столько-то». Ну и пошла. Я не боялась! Честно.
Я отлично знаю латвийские законы: если задерживают более чем на три часа – должны предъявить обвинение. Со мною разговаривали два часа пятьдесят девять минут ровно. Говорили? Ни о чем конкретном. «Чем вы занимаетесь? Почему вы этим занимаетесь? Какие ваши цели?» и так несколько раз по кругу. Нет, не плакала. Нет, не психовала. Я точно знала и знаю, что не делала ничего плохого, ничего противозаконного – я просто шла на выборы от нашей партии. А потом мы победили.
Утром проснулась, первым делом читать новости – ура! Мы прошли! Я в списке шла под четвертым номером – и я прошла! Первый звонок мужу, потом – родителям.
Потом уже – слезы (смеется) Ну, это сдали нервы после таких напряженных нескольких месяцев. Ну а после поздравлений – работа. Ежедневная работа в парламенте.
В обстановке, когда с тобой не здороваются – просто смотрят сквозь тебя, будто ты пустое место. В глубокой оппозиции, когда каждое твое слово – перевирается. В ежедневном абъюзе, когда каждый твой шаг либо искажают, либо высмеивают. А сколько безобразного хейта льется в соцсетях – как меня, да и всех нас только не обзывали! По фамилии дразнят, как будто мы не в парламенте, а в школе для трудных подростков... Ну что ж, говоря гадости о других люди прежде всего показывают сами себя...
А мы, наша партия, невзирая на такое отношение, всей нашей работой, нашим стремлением, нашими законопроектами – добились того, что стали рукопожатными. И нас не «отменили» и не «закрыли», хотя Алексею Росликова и пришлось покинуть страну. Мы будем участвовать в выборах 3 октября 2026 года и я уверена в победе.
В апреле я заменила нашего лидера на посту руководителя партии. Да, у меня был выбор – уйти, вернуться к спокойной жизни. Или остаться.
Я выбрала остаться. Я люблю свою страну. Мне не все равно, что будет с людьми, которых обижают нынешние правящие политики. Я хочу и могу помочь. И я буду это делать.
