Гоа пирога: как русских разводят и сажают в Индии

Пока Россия привлекает индийских рабочих сверхзарплатами и дипломатической защитой, в Гоа разворачивается системная кампания по выдавливанию россиян. Релоканты и предприниматели оказываются в ловушке «черных списков», лишаясь активов, жилья и прав под давлением коррумпированной полиции.

Если из Индии в Россию едут за куском хлеба и зарплатой в сто тысяч рублей, то из России в Индию — за душевным покоем, солнцем и попыткой построить бизнес в «райских» декорациях. Индия с радостью принимает российские деньги, но совершенно не спешит защищать тех, кто их привез. Наши соотечественники приезжают туда с «открытой душой», часто забывая, что для местного законодательства и менталитета иностранец — это временный ресурс, который можно и нужно экспроприировать.

Это было место абсолютной, почти детской свободы, где можно было годами жить в режиме «шанти», рассказала изданию живущая в Гоа порядка пяти лет россиянка Ольга Т. Но именно эта беззаботность стала идеальной приманкой для капкана, который захлопнулся в 2020-м и окончательно раздавил судьбы к 2026 году.

Основной костяк нынешних «нелегалов поневоле» — это те, кто приехал в Индию еще до пандемии. Когда карантин закончился, лазейка превратилась в удавку. Чтобы получить заветный exit permit (разрешение на выезд), людям приходится проходить через круги бюрократического ада.

«Сначала это стоило 500 рупий, а потом суммы стали расти в геометрической прогрессии», — рассказал «Новым Известиям» россиянин Михаил В., живущий в Гоа шесть лет.

Те, кто хотел уехать легально, оказывались перед выбором: либо отдавать последние деньги, либо уходить в тень. Так возникли целые «невидимые» колонии русских. Самый наглядный пример — деревня Керим. Это место называют «полицейской деревней», потому что недвижимостью здесь владеют сами сотрудники полиции. Они создали идеальную коррупционную экосистему: сами сдают жилье русским «невозвращенцам» и сами же их покрывают.

С 2024 года по распоряжению из Дели начались жесткие зачистки. Полномочия полиции расширили до предела. На дорогах стоят кордоны, где могут остановить и обыскать. Полицейские ищут любую зацепку, чтобы вытрясти из туриста деньги. Особенно их злят те, у кого документы в порядке.

«Когда видят легальную бизнес-визу или ID, прямо в лице меняются — значит, прищучить сложнее», — делится Михаил В.

Одного из наших соотечественников полицейские выманили на встречу, разыграв циничный спектакль в мессенджере. С парнем связалась некая Полина, которая под предлогом записи на эзотерическую консультацию договорилась о свидании в кафе. Но на встречу пришли оперативники. Арестовав россиянина, индийские копы не удержались от издевки, смеясь ему в лицо: «Неужели ты сразу не понял, что Polina — это Police?».

После отключения SWIFT россияне перешли на P2P-сделки с криптой. Полиция (иногда в сговоре со скамерами) использует схему с UPI-адресами: блокирует счета россиян под предлогом «мошенничества», требуя откаты за разблокировку.

Почему улыбчивые «братья» так легко идут на предательство? Эксперты обьясняют это кастовым менталитетом. Лариса Микаллеф указывает на приоритет «дхармы» (долга перед кастой) над европейской «этикой контракта». Эту мысль развивает Дмитрий Низамов, директор по экспорту ГК «МЕТИЗ».

«Граница там, где заканчиваются факты и начинается автоматическое обобщение. Стереотип „индийцы хитрые и хотят обмануть“ иногда возникает из-за их более жесткого торга и переговорной тактики: то, что выглядит как обман, может быть проверкой или попыткой улучшить условия. При этом нельзя романтизировать: любые риски нужно закрывать инструментами бизнеса — прозрачной перепиской, протоколами договоренностей, понятными KPI и юридическими механизмами. Культура помогает понимать мотивы, но не заменяет управление рисками», — сказал эксперт.

Именно из-за отсутствия таких жестких механизмов контроля индийские «номиналы» легко отбирают бизнес, как это случилось с кафе Koleso в Мандреме. Открывая бизнес с индийским партнером, россиянин (или другой иностранец) фактически не имеет никаких прав. И если вдруг местный совладелец решит, что дело идет в гору само по себе, а никакой пришлый ему в партнерах не нужен, он просто «отожмет» кафе (ресторан, гостиницу…) и будет прав. По закону.

Краткий гид по бесправию: что (не) может инвестор в Индии

Земля — только для своих. Иностранцам законом запрещено покупать сельхозугодья, плантации и фермы. Даже регистрация юрлица позволяет владеть недвижимостью только под офис или завод, а в Гоа этот процесс блокируется жесточайшим цензом по срокам проживания.

Ловушка «номинала». Из-за запретов 90% русского бизнеса в Гоа оформлено на местных «друзей». Юридически индиец владеет всем, а вложивший миллионы россиянин — ничем, что позволяет партнеру в любой момент забрать актив себе при полной поддержке закона.

Инвестиционные барьеры. В IT или производстве можно владеть 100% компании через «автоматический путь». Однако в розничной торговле и медиа придется проходить через «правительственный фильтр», где одобрение получают лишь единицы.

Вывод денег: «белый» или никакой. Репатриация прибыли легальна только для официально зарегистрированных компаний (Private Limited) с прозрачными инвойсами. Те, кто гоняет деньги через P2P-схемы, моментально попадают под блокировку счетов без права восстановления.

Интеллектуальный тупик. Хотя законы защищают бренды, в реальности доказать авторство на дизайн кафе или меню в провинциальном суде против местного жителя невозможно. Иностранец без локального посредника всегда проигрывает «принципу социальной близости».