Конечно, я знала Юлию Степаненко и до интервью: известный политик, руководитель партии, выступает в Сейме с такими смелыми речами, что дух захватывает — «эта женщина бессмертная», — думала иногда я. И вот мы встречаемся в Пардаугаве, где у нее стильный «инстаграмный» офис: огромные окна в два этажа, софиты, картины на стенах... Пьем кофе, смеемся, фотографируемся. У Юлии очаровательная улыбка, а наши разговоры — самые что ни на есть женские: дети, путешествия, цветы, наряды, маникюр... Как так получается? Как в ней это соединяется? Читайте...
Юлия Степаненко (48) — адвокат, правовед, политический и общественный деятель, депутат 12-го и 13-го Сеймов. Возглавляет правление партии Suverēnā vara/"Суверенная власть"). Замужем за Вячеславом Степаненко, также юристом, депутатом, политиком, коллегой по партии. Мама четверых детей — двоих сыновей 21-ти и 12 лет и двоих дочерей 18-ти и 16-ти лет.
Мои корни
Я выросла в семье, которую можно назвать «женским царством», нас было четверо — бабушка, мама, моя тетя и я. Бабушка — наш матриарх, принимала самые важные решения. Она всю жизнь работала педагогом в школе, преподавала химию, биологию и географию на двух языках — русском и латышском. Мама — учитель математики. Тетя — музыкант, играла в оркестре на флейте. Дом всегда был наполнен звуками — либо прекрасной музыки (тетя репетировала), либо голосами детей: бабушка постоянно готовила кого-то к олимпиадам, у мамы тоже были нескончаемые ученики.
Интуиция у бабушки была уникальная: именно она выбрала для меня Рижскую среднюю школу N50, самую лучшую столичную латышскую школу (которая впоследствии стала Рижской центральной гуманитарной гимназией). Попасть туда было очень сложно, даже экзамен надо было сдавать. В школе учились дети латышской интеллигенции, богемы. Ездить мне туда было ужасно неудобно (мы жили за городом), но бабушка так решила — и это не обсуждалось. Она сама меня и возила — и не на машине, а на электричке...
Выбор школы был, конечно, не характерный для середины 80-х, но время показало, что очень верный. Думаю, он был обусловлен бабушкиными интуицией, расчетом и здравым смыслом. Я не очень удивилась: ну в латышскую школу, так в латышскую. Все мои родственники из Латгалии, это микс кровей, языков и ментальности — русской, белорусской, латгальской, латышской, польской... Все говорят на трех языках — русском, латгальском и латышском.
В итоге я получила отличное образование, впоследствии многие спрашивали, откуда у меня такой литературно правильный и красивый латышский язык? От учительницы Аустры Розе. Она была одна из легенд, строгая и требовательная, но вместе с тем и очень творческая — она привила нам не только идеальное знание грамматики, но и красоту языка и любовь к литературе. В школе был также прекрасный английский, и много предметов было на английском. Училась я хорошо, была фактически круглой отличницей. И когда надо было выбирать, куда дальше, у меня было три варианта: юридический, английский иняз и социология. На все три факультета меня приняли.
В 18 лет особенно не понимаешь, куда и зачем идешь. Чаще всего это либо «ой, это сейчас модно», либо «куда взяли». И в этом деле, я считаю, очень важно напутствие родителей — людей, которые видят все твои плюсы и минусы со стороны. Мама тогда мне сказала: «Только юридический». И я прислушалась. Мама оказалась таким же интуитом, как бабушка — юридическое образование мне и понравилось, и подошло моему характеру. И вообще я его считаю универсальным, подходящим и не лишним любому человеку.
Это образование развивает логическое мышление: учишься раскладывать по полочкам любую проблему — и находишь оптимальное решение. Умеешь потом щелкать как орешки и профессиональные и житейские задачи — по определенному алгоритму. Отличный навык для любой профессии.
Моя любовь
В университете я сделала еще один выбор, который определил мою дальнейшую жизнь. Но на этот раз уже сама (смеется). На первом курсе ко мне подошел сокурсник, которого я давно приметила — яркий, харизматичный, всегда в центре внимания. Лидер. Вячеслав Степаненко. Внес, конечно, хаос в мою устоявшуюся жизнь студенки-отличницы (улыбается). Этот прекрасный хаос обернулся чувствами и спустя некоторое время браком.
После университета Слава ушел в бизнес и в политику, я работала юристом, потом начались мои декреты, рождались наши детки один за другим... Помню забавный момент: я гуляю по Иманте в таком составе — средняя дочка в коляске, старший сын за руку топает рядом, младшая дочка в слинге... И та-а-акие удивленные взгляды я ловила на себе в 2010-х годах! Тогда это было необычно.
Мой путь
Откуда в моей жизни взялась политика? Не с появлением Славы, нет, на самом деле гораздо раньше. Моя «женская семья», как ни странно, всегда следила за всеми политическими событиями, с тех самых ярких конца 80-х-начала 90-х. Атмода, народный фронт, Интерфронт... Помню домашние разговоры о том, как хорошо было бы, чтобы «посередине» появилась такая партия, которая бы всех объединяла. Чтобы никто не дрался... Это очень органично вписывалось в нашу семейную идеологию — бабушка всю жизнь преподавала и латышам, и русским. И видела, как необходимо работать на сплочение диаспор. На сплочение общества. Я это с детства видела, понимала и усвоила.
И бабушка и мама любили смотреть политические дебаты, и я втянулась. Представьте, для меня на одном уровне интереса были и новогодний «Огонек» и «Ночь выборов». Я прямо с азартом смотрела! Потому что это живые эмоции. Очень интересно наблюдать за лидерами, за сменой их настроений... Ночь, которая меняет все — кто-то с вершины рушится в пропасть, кто-то, наоборот, взлетает на вершину. И как потом победители делятся своими планами, что говорят проигравшие... Вот это эмоции — никакой театр, никакое кино рядом не поставишь (смеется).
А еще помню свои мысли: господи, как же это страшно — выдвигаться, идти «в телевизор», участвовать в этих всех спорах, дебатах, когда не знаешь, какой вопрос зададут, какая гадость прилетит тебе в лицо... А ты же как голый перед этими камерами... Ужас! Ведь страх публичных выступлений связан со страхом смерти — неразрывно. Это древнейший страх, с первобытных времен, когда собиралось племя в круг и кого-то выталкивали в центр — могут хвалить, а могут и камнями забросать. И ты никогда не уверен, чего ждать от людей.
Наблюдать за политическим экстримом было очень любопытно. Но когда я однажды попыталась поставить себя на их место — такой ужас обуял! Никогда! Ни за что!! Понимаете, да? (смеется).
Вообще, у боженьки, конечно, отменное чувство юмора. Со мною случается именно то, про что я точно знаю «ни за что» и «никогда». «Многодетная семья — это точно не мое, ну один-два ребенка», — думаю я, и — пожалуйста: четверо детей. «Стоять в пикете — это стыд и позор», — думаю я в юности, и — пожалуйста: сколько пикетов я отстояла! «Политика — это точно не мое, это страх и ужас» — думаю я, и — пожалуйста: кандидат, депутат, дебаты-выборы... «Ладно, политика так политика. Но создавать партию, управлять — нет, никогда», — и, ну вы поняли: далее мы создаем Suverēnā vara /"Суверенная власть». «Боишься публичности?» — вот, пожалуйста, плакаты по всем городам, вот ты уже везде, иди управляй (смеется). Это правда удивительно, как мироздание нам нашу жизнь преподносит.
А «свою» первую «Ночь выборов» я... проспала. Это был 2014-й год. Решила «как будет — так будет». Не могу столько нервничать. И пошла спать. Утром разбудил муж — букетом цветов. Так я вошла в политику.
Мое дело
Когда я работала простым юристом для меня высшей точкой победы было заключить очень хороший договор, правильно все продумать. Защитить предприятие, например. Организацию. Человека. А в политике оказалось очень похоже, только аудитория более широкая — несколько десятков тысяч человек, которые решили мне доверить свой голос. Они не могут поменять закон, который им кажется несправедливым, а я как депутат могу — и иду за них бороться. Они не могут прийти на комиссию и сказать: «Мы против этого решения». А я — могу. И должна. Я должна быть их голосом. Это и есть моя главная работа в политике.
Мои любимые
Старшему сыну 21, он учится в Европе, изучает международный бизнес. Старшей дочке 18, заканчивает школу, планирует стать стоматологом. Второй дочери 16, она у нас творческая, хочет стать актрисой. Занимается серьезно в студии, работает над осуществлением мечты. Младшему сыну 12, активно посещает кружок дебатов. Так что у нас полная гармония: и бизнес, и врач свой (будет), и культурная программа, и будет кому партию поддержать (смеется). Баланс.
Женская «магия»
Фразу «каждый ребенок уже рождается с характером» вроде бы все знают, но мне довелось понять и прочувствовать ее на личном опыте. Это случилось в обычном супермаркете: я «зависла» перед витриной с цветами, рассматривая каждый листочек, каждый бутон в мельчайших подробностях. Я смотрела на эти цветы и не могла отойти — как под гипнозом. Стояла, впитывала в себя эту красоту и думала: «Боже, как красиво! Я не могу оторвать глаз, я не могу идти. Это очень красиво, это просто невероятно красиво...» Опомнилась я через полчаса, не меньше (смеется). А теперь — «перемотка кадра» как в кино — через несколько дней я узнаю, что жду ребенка. Понимаете, да? Эта девочка, моя будущая дочь, тогда была еще с половину горошины — а уже влияла на меня и меняла меня. А что было дальше!..
В течение следующих девяти месяцев моя жизнь поменялась кардинально: мне внезапно стали нужны самые модные наряды, самые изысканные туфли, идеальные маникюр-педикюр-укладка. День перед родами (они были запланированными) я провела в салоне, где мне делали... ресницы! Есть фото потрясающее из родильного зала: Слава с новорожденной на руках и я на столе с ресницами в потолок (смеется). Ни до, ни после у меня не было таких ресниц. Потому что это были не мои потребности и желания — а ее, нашей доченьки, нашей будущей Майечки.
Моя сила
Моя сила — природа. И отдых, и релакс, и восстановление, и вдохновение. Я обожаю свою семью, но иногда мне совершенно необходимо... сбежать в лес. Одной! Так делала моя бабушка (кстати, вот она, сила корней!). Она тоже так «сбегала» иногда — брала велосипед и ехала в лес. Она же была географ, биолог... Лес для нее был открытой книгой: она собирала там не только грибы, но и лекарственные травы, мох...
Я люблю лес за уникальную атмосферу — там полная гармония, все взаимосвязано, все на своих местах. В лесу переносишься как будто в другое измерение, в вечность, в далекое первобытное прошлое, где человек один на один с природой, и не факт, что человек сильнее: пропадет, например, сотовая связь, и если ты случайный человек в лесу — все, можешь и заблудиться. Но если полагаться на опыт, интуицию — получишь невероятное удовольствие. Выходишь на полянку, покрытую грибами — и радуешься как ребенок. Лес — мой чистый дофамин!
Мое счастье
Однажды много лет назад я случайно попала на акцию «Несказанное спасибо»: на Līvu laukums стояла палатка, куда мог зайти любой человек и записать благодарность, которую он не успел сказать. Кто-то благодарил портного, который сшил ему лучший костюм в жизни. Кто-то — маму, которой уже нет рядом. Кто-то — учителя. Того, кто изменил их жизнь — на мгновение, или на годы... Я тогда задумалась: а кому же я хочу сказать «спасибо»? Перебирала мысленно разных людей и вдруг поняла важное: для меня возможность сказать «спасибо» — это и есть счастье. Если тебе есть кого благодарить — значит, кто-то тебя любит. Значит есть рядом люди, которые сделали твою жизнь лучше. Значит, ты сам способен видеть хорошее. А это очень важно — уметь замечать добро.
