В Кемерском национальном парке обнаружено 79 погибших животных. Часть общественных активистов возлагает ответственность за их гибель на фонд Кемерского национального парка. Руководитель фонда Андис Лиепа эти обвинения отвергает и утверждает, что большинство животных погибли по естественным причинам.
В интервью nra.lv Лиепа указал, что значительная часть животных умерла от старости, а часть — из-за суровой зимы.
«Осенью на лугах находилось около 230 туров и лошадей. Сильные морозы усилили естественный процесс гибели животных. Кратковременный холод животным не мешает, но длительные и сильные морозы для них опасны», — пояснил он.
Он также отметил, что вокруг ситуации возник конфликт между активистами и руководством фонда.
«Есть группа активистов, которая, очевидно, хочет потопить фонд. Они следят за мной, ездят за мной, но при этом не говорят конкретно, чего хотят. Публично звучат лишь обвинения в том, что я якобы не помогаю животным», — сказал Лиепа.
По его словам, уход за животными осуществляется в соответствии с изначально разработанной программой. Животных регулярно подкармливают, на луга подвозят сено и сенаж. «Да, в этом году сено было не такого качества, как в другие годы, потому что лето было холодным и дождливым. Но сенаж, хотя и дороже, был очень хорошим», — отметил он.
Лиепа пояснил, что погибших животных обычно не убирают с территории, поскольку они служат пищей для хищников.
«Как правило, мы оставляем павших животных на месте — их поедают волки и орлы. Сейчас обсуждается, нужно ли вывозить такое количество. Но сейчас туда сложно добраться: луга размыты весенними водами, а техника может их повредить», — сказал руководитель фонда.
Он добавил, что ранее погибшие животные не вызывали общественного резонанса, поскольку находились за ограждением и были скрыты от посетителей.
«Теперь люди специально пролезают через ограждения, чтобы фотографировать павших животных», — отметил Лиепа.
Отдельно он указал на давний конфликт вокруг охоты в национальном парке. По словам Лиепы, территорию Кемерского национального парка арендуют охотничьи коллективы. «Весь национальный парк разделён между охотничьими коллективами, и охотничья деятельность ведётся интенсивно. Посетители жалуются, что по парку невозможно гулять, потому что там идет охота», — заявил он.
Сейчас в национальном парке охотятся семь–восемь коллективов. При этом, по словам Лиепы, часть охотничьих угодий распространяется даже на территорию Юрмалы.
Исторически на территории Кемерских болот в советское время располагалось образцовое государственное охотничье хозяйство, где охотились представители власти и дипломаты. После восстановления независимости охота была прекращена, и при создании Кемерского национального парка в 1997 году предполагалось, что она там не возобновится.
Андис Лиепа был первым директором парка. Позднее был создан фонд Кемерского национального парка — неправительственная организация, работающая при администрации парка.
По словам Лиепы, ситуация вокруг погибших животных может быть связана и с более широким конфликтом вокруг будущего парка. Он настаивает, что Кемерский национальный парк должен оставаться природоохранной территорией, а не охотничьим хозяйством.
«Я много лет говорю о том, что здесь не должно быть охоты. Это национальный парк, охраняемая природная территория», — подчеркнул он.
