После сокрушительного поражения Германии в борьбе за место в Совете безопасности ООН, стало ясно одно: страна на аппарате искусственного дыхания. Авторская колонка главреда Euronews Клауса Штрунца.
После 16 лет правления Ангелы Меркель, отмеченных крупными просчётами в энергетической, экономической и миграционной политике, и трёх катастрофических лет неработоспособной коалиции во главе с Олафом Шольцем, кабинет Фридриха Мерца стремительно движется к историческому дну.
Немцы ещё могли бы как-то объяснять себе тот факт, что международное сообщество доверилось менее крупным странам (таким, как Португалия и Австрия), а не Германии - ведущей державе Европы. У Португалии много друзей по всему миру, она пользуется значительной симпатией в Африке, Генеральный секретарь ООН - португалец. Но то, что соседняя Австрия получила значительно больше голосов, это и унижение, и отрезвляющий сигнал.
Германия, очевидно, утратила доверие и растеряла авторитет. Политически её больше не воспринимают всерьёз, экономически всё чаще видят как державу, переживающую спад. Похвалы теперь адресованы в основном прошлым заслугам, «Made in Germany» всё чаще ассоциируется с высокими издержками и неэффективностью. Германия превратилась в дом престарелых и музей мира, которого больше не существует. Хотя именно она должна была стать двигателем европейского будущего.
Если Германия не поднимется на ноги, под угрозой окажется сам Евросоюз
Справедливо ли это?
Как человек, который гордится тем, что он немец и европеец, я с трудом пишу следующую фразу: Да, это справедливо. Хуже того, Германия сама довела себя до такого состояния.
Слишком долго политикой руководили идеология, враждебная будущему благополучию или попросту не имеющая к нему отношения. Консерваторы в большинстве своём превратились в прогрессистов, тем самым сделав себя политически ненужными.
В Европе и без того хватает левых партий. В результате жизненно важный баланс между прагматизмом и амбициозностью, между сохранением и реформированием — качества, которые некогда присутствовали по всему политическому спектру, — был утрачен.
Сегодня на кону стоит гораздо больше, чем очередное парламентское голосование, повышение зарплат политикам, запрет двигателей внутреннего сгорания или споры о гендерной идентичности. На данном этапе будущее Германии неотделимо от будущего Европы.
Если Германия не сможет встать на ноги, под угрозой окажется сам Евросоюз. Недаром в Брюсселе нередко можно услышать, порой в шутку, а порой с искренней тревогой: ЕС существует до тех пор, пока платит Германия.
Пришло, следовательно, время решительного разворота.
Ценности имеют вес только тогда, когда за ними стоит сила
В мире растущей конкуренции решающими становятся экономическая мощь, технологический суверенитет и политическая дееспособность. Ценности остаются важными, но влияние они оказывают лишь тогда, когда подкреплены силой. Топливо для такого разворота несложно описать: прагматизм вместо идеологии.
Этого не добиться ни речами, ни моральными увещеваниями, - одной из наименее привлекательных привычек Западной Европы. Лидерство вырастает из экономической силы, политической надёжности и способности решать проблемы.
Для этой миссии переосмысления особенно важны четыре направления:
Во-первых, Германия должна вернуть себе экономическую конкурентоспособность. Высокие цены на энергию, чрезмерная бюрократия, медленная цифровизация и недостаточный уровень инвестиций ослабили крупнейшую экономику Европы. Сильная Европа невозможна без сильной Германии.
Мир и стабильность больше нельзя считать чем-то само собой разумеющимся
Во-вторых, Германия должна восстановить свои оборонные возможности и взять на себя большую ответственность за безопасность Европы. Геополитическая реальность изменилась. Мир и стабильность больше нельзя воспринимать как данность. Европе необходимы убедительное сдерживание и стратегические возможности.
Насколько разумна цель превратить вооружённые силы Германии к 2039 году, ровно через сто лет после нападения нацистской Германии на Польшу, в «самую мощную обычную армию в Европе», - вопрос дискуссионный. Но это хотя бы похоже на план.
Миграцией нужно управлять гораздо эффективнее
В-третьих, Германия должна гораздо эффективнее управлять миграцией. Гуманность и порядок не противоречат друг другу. Страна, которая не защищает свои границы, почти не депортирует нелегальных мигрантов и теряет контроль над нерегулярной иммиграцией, не будет восприниматься всерьёз. Надёжно охраняемые границы, работающая система убежища и успешная интеграция - необходимые условия общественного сплочения и доверия к демократическому правовому государству.
В-четвёртых, Германия должна снова стать центром инноваций. Искусственный интеллект, цифровая инфраструктура, передовое производство, научные исследования и новые энергетические технологии определят уровень благосостояния будущих поколений.
Европа не может и дальше отставать от США и Китая. Страна, которая когда-то была образцом в сфере образования и изобретательства, но сегодня не имеет ни одного университета мирового уровня, опускается в международных рейтингах по качеству образования, завоёвывает мало крупных научных премий, больше не задаёт глобальных стандартов, обременяет исследования регуляциями, чрезмерно регулирует сферу ИИ, отказывается от ядерных исследований, отворачивается от развития двигателей внутреннего сгорания и отвергает достижения генетики, будет с трудом конкурировать с самыми инновационными государствами мира.
Европе нужна сильная и надёжная Германия
Во избежание недоразумений: речь не идёт о германской гегемонии.
Европе нужна надёжная, сильная и способная действовать Германия. Партнёр в деле мира и процветания. Если Германия обновится, она снова сможет задавать импульс Европе. Если нет, всему континенту будет куда сложнее сохранить благосостояние, безопасность и влияние.
Хорошая новость в том, что никогда не бывает слишком поздно: нужно лишь начать. В 1648 году был заключён Вестфальский мир, положивший конец Тридцатилетней войне. Она опустошила, а в ряде регионов Центральной Европы - и прежде всего в Германии - истребила население. Этот договор завершил войну благодаря общеевропейскому мирному конгрессу и стал отправной точкой современной европейской дипломатии.
В 1945 году Германия и Европа лежали в руинах. Затем последовали восстановление, примирение и создание европейских форм сотрудничества. Пришли процветание и прогресс.
В 1990 году завершилась холодная война. За ней последовало германское объединение, исчез железный занавес, разделявший Европу, и для большинства европейцев это вновь означало демократизацию, восстановление и дальнейшее развитие Европы на благо всех.
Сейчас Германии и Европе нужен новый старт. Не завтра, сейчас.
Из реанимации есть два пути: один ведёт обратно к жизни, другой — в хоспис (учреждение паллиативной помощи). Канцлер Мерц во многом определит, в каком направлении пойдёт Германия и вместе с ней Европа. Его могут запомнить в учебниках истории как врача, спасшего пациента, или как могильщика.
