Президент Латвии оценил риск вторжения РФ, рассказал о деликатной ситуации с местными русскими и оценил свою тягу к алкоголю 4 2684

Симптоматично, что интервью с Ринкевичем газета назвала «Эта маленькая европейская страна вооружается до зубов против Путина». Впрочем, перейдем к вопросам и ответам.

– Вы действительно считаете, что сегодня статья 5 была бы задействована в случае российской атаки на страны Балтии?

– Я в этом убеждён. Я понимаю скептицизм, но американские солдаты по-прежнему дислоцированы в регионе. А когда в сентябре 2025 года в Польше внезапно появились российские дроны, НАТО немедленно отреагировало и на неопределённый срок усилило свои возможности по всему восточному флангу, в том числе и у нас, в странах Балтии.

Но, разумеется, мы не должны полагаться только на других членов альянса. Первая линия обороны — это мы сами. Вторая линия — наши союзники в регионе и в Европе. Наши оборонные расходы должны продолжать расти. Мы должны укреплять вооружённые силы, как это делали в 1980-е годы.

– Латвия направляет 5% бюджета на оборону. Нейтральная Швейцария — всего 0,7%. Этого достаточно?

– Швейцария — суверенное государство. Она может поступать так, как считает нужным в своих интересах. Нас это тоже устраивает.

– Есть ли у вас конкретные доказательства того, что Россия готовит военное нападение на страны Балтии?

– На данный момент у нас нет признаков неминуемой российской атаки. Однако в прошлом году российские учения «Запад» вызвали определённую нервозность. И сегодня россияне продолжают постоянно тренироваться.

Но может ли Россия вообще напасть на нас сейчас, когда так много её ресурсов задействовано в Украине? Это уже другой вопрос.

– Иными словами, как только война в Украине закончится, риск российской атаки на страны Балтии возрастёт?

– Не только на страны Балтии — этот риск может коснуться любой европейской страны. Тогда Россия столкнётся с дилеммой, как использовать свою огромную армию. Не все россияне, которые сегодня воюют в Украине, захотят после войны вернуться к гражданской жизни — стать механиками, фермерами или заключёнными. Мы учитываем это в нашем оборонном планировании.

– Четверть населения Латвии — русскоязычные. Это крупнейшее меньшинство страны. Представляет ли это риск для безопасности?

– Мы постоянно следим за ситуацией. Людей в Латвии регулярно вербуют через социальные сети, такие как Telegram, для совершения актов саботажа или шпионажа.

– Какие меры вы принимаете против возможной внутренней угрозы?

– Мы запретили некоторые государственные российские СМИ. У нас один принцип: те, кто нарушает закон, будут наказаны.

Но ситуация деликатная. В Латвии идёт бесконечный спор между теми, кто считает, что к русскоязычной аудитории нужно обращаться напрямую на русском языке, и теми, кто считает, что это следует делать на латышском. С этого учебного года языком обучения будет исключительно латышский. Мы должны были ввести эту меру ещё 20–30 лет назад.

– Глава европейской дипломатии Кая Каллас, бывший премьер-министр соседней Эстонии, в середине января заявила, что с учётом мировой ситуации сейчас подходящее время, чтобы начать пить. Следуете ли вы её совету?

– Нет. Я никогда не знаю, когда меня могут разбудить ночью и когда придётся принимать важные решения. Принимать решения под воздействием алкоголя, вероятно, было бы не очень эффективно. Я гораздо больше предпочитаю прогулки, плавание или езду на велосипеде. Именно по этой причине я обязательно хочу вернуться сюда, в Давос, этим летом.