Кризис в регионе Ближнего Востока, вспыхнувший в конце февраля и начавшийся с авиаударов Израиля и США по Ирану, а затем продолжившийся ответными ударами Ирана по другим странам региона, стал серьезным испытанием и для сотен латвийских путешественников, пишет Latvijas Avīze.
Несколько государств закрыли свое воздушное пространство, отменив регулярные рейсы, из-за чего людям пришлось искать другие пути возвращения на родину. В рамках организованной Латвией репатриационной операции в конце прошлой недели домой из Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) были доставлены 569 застрявших в этой стране латвийцев.
Реагируя на критическую ситуацию, Министерство иностранных дел в сотрудничестве с Министерством сообщения и авиакомпанией "аirBaltic" организовало доставку людей из Дубая в Ригу. Были организованы четыре специальных рейса - 6, 7 и 8 марта. В консульском регистре МИД помощь для выезда из ОАЭ первоначально запросили 624 человека, однако общее число зарегистрированных в регионе латвийцев достигало 825 человек. Часть путешественников решили выехать самостоятельно или с помощью других государств Европейского союза.
Организация спецрейсов потребовала значительных финансовых ресурсов. Правительство Латвии на внеочередном заседании решило выделить на эти цели 752 000 евро из средств на непредвиденные случаи. Стоимость одного такого рейса составляла примерно 150 000 евро, что включало в себя подготовку самолета, обеспечение экипажа и расходы на технические посадки в Ираклионе, где происходила смена экипажа.
В среднем транспортировка одного человека обошлась государству примерно в 1000 евро, но для путешественников не была полностью бесплатной. Правительство постановило, что каждый пассажир за место на спецрейсе "аirBaltic" должен внести софинансирование в размере 350 евро.
В социальных сетях по этому поводу можно было встретить различные мнения: и понимание, что государство должно помогать своим гражданам, и критику - пусть богатые, которые могут позволить себе съездить в ОАЭ, выбираются сами. Сами застрявшие в Дубае люди тоже давали противоречивые оценки процессу репатриации, например, звучали упреки в недостатке коммуникации, особенно в первые дни.
