При уже забытом министре юстиции от «новых консерваторов» Янисе Бордансе, в Латвии появились Суды по экономическим делам (СЭД). Основание для вынесения данной тематики из общего судопроизводства было поначалу чисто политическим: боролись с т.н. олигархами.
К тому же в 2021 году на дворе был ковидокриизис, а процедура СЭД предполагала удаленное судопроизводство. В общем, со временем судьи вошли во вкус – и ныне являются полноправными участниками местной Фемиды. Размещается сия структура в рижской Пардаугаве на ул. Маза Нометню 39.
Судейская элита
В настоящее время в системе СЭД служит 9 судей, еще 3 места являются вакантными. Обслуживает их 31 сотрудник – 12 помощников, 12 секретарей, 3 работника бюро, 3 работника канцелярии и 1 переводчик.
Много это или мало, можно оценить в сравнении с составом Сената Верховного Суда (38 членов) и личным составом окружных судов (139 судей). В районных судах еще более сотни судей, состав постоянно меняется. Так что «экономисты», что называется, сливки судебной системы.
При этом в прошлом году было рассмотрено максимальное количество дел с момента создания системы – 444, в сравнении со 174 в 2021 году. В относительном большинстве выносятся приговоры по гражданским делам, затем следуют уголовные процессы и суды по имуществу, полученному преступным путем. На уголовные суды тратится, в среднем, 9 с половиной часов. Гражданское дело СЭД рассматривает – за 2 с половиной часа!
Наибольшие проблемы вызывает неявка в суд обвиняемых или защитников. Некоторые адвокаты в Латвии, оказывается, очень загружены — иногда за четыре месяца невозможно найти свободное «окно», чтобы прийти на судебное заседание.
Быстрому и эффективному рассмотрению дела также препятствует количество объемных уголовных дел. В среднем по одному уголовному делу проходят трое обвиняемых, 24 свидетеля, и умещается оно в 17 томов…
Не так чтобы очень по-европейски
Председатель Суда по экономическим делам Микелис Зумбергс рассказал депутатам Сейма из подкомиссии по уголовному праву и судебной политике, возглавляемой Андреем Юдиным («Новое Единство»), что вначале на 3 свободных места судей претендовало 13 соискателей, сейчас отсеялось всего 4 кандидата. Проходят фокусированные интервью, работает психолог.
– Думали, что мы будем коммерческий суд, а пришлось расследовать уголовные дела, – отметил председатель.
В этом Латвия отличается от других государств Старого Света. В Европе часто действуют специализированные палаты при судах общей юрисдикции или отдельные коммерческие суды:
-
Германия: Специализированные коммерческие палаты (Kammern für Handelssachen) в составе земельных судов.
-
Бельгия: Коммерческие суды (Tribunaux de l'entreprise).
-
Франция: Коммерческие суды (Tribunaux de commerce), где судьями часто являются представители деловых кругов.
-
Нидерланды: Netherlands Commercial Court (NCC) — специализированный суд для международных споров на английском языке.
-
Дания: Морской и коммерческий суд (Maritime and Commercial Court).
-
Великобритания (Англия и Уэльс): Суды по бизнесу и собственности (Business & Property Courts), включая знаменитый Коммерческий суд Лондона.
Сегодняшней актуальной проблематикой для СЭД стали «нетипичные дела» – к примеру, по телефонным мошенникам, выманивающим крупные суммы и впоследствии легализующие их.
На это депутат Гунарс Кутрис (Союз «зеленых» и крестьян), бывший председатель Конституционного Суда, заметил, что статья о легализации довольно трудно доказуема, так как это действие сложно отделить от расходования денег преступниками на себя. Председатель подкомиссии А.Юдин также высказался: «Нельзя к каждому делу присоединять 195-ю статью». В общем, надо этот вопрос обсуждать с прокурорами.
Четыре из пяти приговоров остается в силе
Таков рейтинг утверждения вердиктов СЭД в высшей инстанции – Рижском окружном суде, куда обращаются с апелляциями недовольные приговорами. По мнению «экономистов», это свидетельствует о высоком качестве их работы.
К сожалению, во время процессов судьям СЭД приходится иметь дело с тысячами страниц документов всевозможных оффшорных фирм (причем ни слова по-латышски!), а максимальный объем уголовного дела – 150 томов. Бывает, что дело идет на повторное расследование из-за одной бумаги, полученной от зарубежных коллег в результате договора о правовом сотрудничестве.
Порой преступное деяние в коммерческой сфере вытекает, буквально, из запятой, поставленной в договоре между партнерами – во все эти нюансы должен вдаваться суд. Изучаются международные конвенции, директивы Евросоюза. Еще о трудоемкости судопроизводства: в одном из дел, которые рассматривал М.Зумбергс – о торговле людьми – было 140 потерпевших. Для того, чтобы написать приговор относительно легализации денег, тратил до 80 часов.
Об арестах счетов
В кругах бизнеса существует стереотип, что в Латвии сплошь и рядом арестовывают счета и имущество юридических и физических лиц. Статистика СЭД несколько иная: примерно в 70% требования следствия по аресту собственности судом не удовлетворяется, так как мало доказательств.
Господин Зумбергс считает необходимым совместные семинары суда и сотрудников полиции – по совершенствованию методов работы. Разумеется, нужно принять во внимание и интенсивность работы следственного аппарата, который буквально завален делами…
Господин Зумбергс также рассказал о тонкостях международного сотрудничества – к примеру, недавно встречался с представителями посольства Великобритании. Высоко оценивает деятельность СЭД также Совет иностранных инвесторов в Латвии, весьма влиятельная структура.
Относительно же главного, военно-политического, союзника, председатель суда высказался в том смысле, что – не надо называть Украину коррумпированным государством…
