У культовой "Авроры" было совсем негероическое начало.
Крейсер, не выигравший ни одного морского сражения, но каждый раз спасавшийся от гибели благодаря невероятным обстоятельствам. По легенде, император Николай II выбрал для нового крейсера имя «Аврора» из одиннадцати предложенных. Среди названий были «Наяда», «Психея», «Юнона», «Нептун» и даже славянский бог-кентавр «Полкан»!
В присутствии императорской четы, под залпы артиллерийского салюта стоящих на Неве боевых кораблей крейсер сошел на воду со стапеля Нового Адмиралтейства, которое мы сегодня знаем как «Адмиралтейские верфи».
орабль стал третьим в серии быстроходных крейсеров, предназначенных стать «истребителями морской торговли» вероятных противников Российской империи, которыми в ту эпоху, в зависимости от политической обстановки, становились то Великобритания, то Германия.
Заложенные в 1897 году Морским министерством крейсеры одного проекта с античными названиями «Паллада», «Диана» и «Аврора» пресса тех лет окрестила «богинями русского флота», ну а острые на язык моряки тут же переиначили в «богинь отечественного производства».
Главным оружием крейсера стали 152-мм скорострельные орудия системы французского инженера Гюстава Канэ. В 1891 году орудие Канэ, способное делать 10 выстрелов в минуту на расстояние до 11 километров, считалось современным, но к моменту постройки «сестер-богинь» серьезно уступало по боевым возможностям новым орудиям того же калибра. Защиту крейсеру давала так называемая карапасная, выпуклая броневая палуба, выложенная из 38-мм стальных плит в горизонтальной части и постепенно утолщающаяся до 63,5 мм к бортам.
Броневая палуба была одна, но располагалась низко внутри корпуса, примерно на уровне ватерлинии, для предотвращения затопления подводной части корпуса после попаданий снарядов. Такая схема бронирования облегчала вес корабля и защищала машинное отделение крейсера, но оставляла без защиты надстройки. Впрочем, главной защитой «Авроры» считалась высокая по тем временам максимальная скорость в 19 узлов (около 37 км/ч. — Прим. ред.), которую развивали три паровые машины «тройного расширения» мощностью 11 тысяч лошадиных сил, вращающие три гребных винта. Пар машинам давали 24 паровых котла, работающих на угле.
Пока крейсеры строились, неоднократно перестраивались и проходили испытания, успели поменяться и морская стратегия, и вероятный противник. Все флоты ведущих мировых держав взяли на вооружение идеи американского адмирала Мэхена, сторонника генерального морского сражения, отрицающего «пиратские» операции быстроходных крейсеров на «морских дорогах».
А вероятным противником для России стала стремительно развивающаяся Япония, замахнувшаяся на господство в Дальневосточном регионе. К началу Русско-японской войны две первые «богини», «Паллада» и «Диана», были переброшены на Тихий океан и вошли в состав Порт-Артурской эскадры. «Аврора», задержавшись с устранением недоделок перед «приемом в казну», дойти на Дальний Восток к началу большой войны не успела. Начало войны с Японией застало крейсер «Аврора» в африканском порту Джибути, где моряки получили приказ возвращаться в Россию.
Вернувшись в Кронштадт, экипаж «Авроры» приступил к ремонту и модернизации крейсера, вошедшего в состав 2-й Тихоокеанской эскадры. На корабле модернизировали средства связи, прицелы орудий и приборы управления огнем.
Частично сменился и экипаж. Командиром крейсера стал каперанг Евгений Егорьев. 2 октября 1904 года крейсер «Аврора» вышел в море в составе 2-й Тихоокеанской эскадры.
Главной задачей эскадры, которой командовал вице-адмирал Зиновий Рожественский, было прорваться в осажденный японцами Порт-Артур, соединиться с 1-й Тихоокеанской эскадрой и объединенными силами разгромить японский флот.
«Поползем на кораблях, которые способны передвигаться в штиль не далее как на 1500 миль; будем голову ломать, как перешагивать с ними станции (пункты заправки углем. — Прим. ред.) в 2000 и в 2300 миль длиной», — писал в одном из писем жене Зиновий Рожественский. В экипаже «Авроры» было 19 офицеров, двое врачей, корабельный священник отец Анастасий, 11 кондукторов и 538 нижних чинов (техников и матросов. — Прим. ред.).
Им предстоял тяжелый 7-месячный переход через три океана.
Неудачи стали преследовать крейсер практически сразу после выхода. Сначала в Северном море от эскадры отстал транспорт «Камчатка», который должна была сопровождать «Аврора».
Командующий эскадрой отправил крейсер на поиски заблудившегося транспорта. В районе Доггер-банки в сильном тумане «Камчатка» приняла английские рыболовецкие суда за японские миноносцы, открыла по ним стрельбу и переполошила всю эскадру.
Адмирал Рожественский, приняв с «Камчатки» радиограмму «Атакован миноносцами противника со всех направлений, прошу помощи», приказал пробить боевую тревогу и повернул эскадру на помощь транспорту. Обнаружив в тумане английские рыболовецкие траулеры, убегающие от палящей во все стороны «Камчатки», Рожественский приказал открыть по ним огонь. Через несколько минут на флагманском броненосце «Князь Суворов» разобрались в ситуации, но было уже поздно: эскадра открыла огонь по рыбакам из всех орудий. Рожественский дал сигнал на прекращение огня, и стрельба начала стихать. Но тут на «поле боя» полным ходом выскочила «Аврора». Не видя в темноте сигналов своего флагмана, «Аврора» включила боевые прожектора и открыла огонь по «противнику».
На броненосцах приняли идущую в атаку на рыбаков «Аврору» за японский крейсер и открыли по ней беглый огонь.
Пока разбирались, «Аврора» получила в борт пять снарядов, несколько матросов было ранено, а священнику отцу Анастасию Рукину, выскочившему на палубу, разрывом одного из снарядов оторвало левую руку. Спасти его не смогли.
Так корабельный священник крейсера «Аврора» стал первой жертвой бесславного похода эскадры адмирала Рожественского.
Всего в ходе сражения 2-й Тихоокеанской эскадры с английскими рыбаками нашими кораблями было выпущено около 500 снарядов, утоплен один рыбацкий сейнер и пять повреждено.
Погибли двое английских рыбаков, многие были ранены. Возмущенная мировая пресса назвала эскадру Рожественского «флотом сумасшедших», а сражение с рыбаками вызвало серьезные дипломатические осложнения и получило название «Гулльский инцидент». По итогам международного расследования России пришлось заплатить англичанам в качестве компенсации 65 тысяч фунтов стерлингов. Огромные по тем временам деньги. Возможно, поэтому, по воспоминаниям баталера (кладовщика. — Прим. ред.) броненосца «Орел» матроса Алексея Новикова, автора романа «Цусима», слывший знатоком крепкого морского словца адмирал Рожественский дал крейсеру кличку «подзаборная девка».
Оставить комментарий