![Как так выходит, что что на простых людей денег всегда не хватает, а на «проекты» они есть?](https://bb.lv/storage/blog_posts/25165/24625/c/69v522be34v0-large.png)
На данный момент общественное недоумение и возмущение вызвало выборочное присуждение лекарственных компенсаций онкологическим больным, а на «популяризацию цельнозернового хлеба» выделено 300 тысяч евро, пишет публицист "Неаткариги" Бен Латковскис.
Эта дилемма распределения денег: деньги людям или «проектам» поднимает чрезвычайно серьезный вопрос. Как получается, что бюджет не может найти мизерные 2,7 миллиона евро для покрытия расходов на лечение 95 пациентов, которые полагаются на общественные пожертвования, в то время как доступны для всевозможных исследований SIF, «Volt» и «Bolt-курьерское благосостояние» и других чисто формальных проектов, не говоря уже о таких крупных проектах, как «Rail Baltica» и им подобных.
Чтобы понять, «как это происходит», нужно отойти от этого конкретного случая и посмотреть на весь механизм нашего государственного управления в целом. Особое внимание уделяя двигателю и расходу топлива этого механизма. Начнем издалека. Из исследования механизма формирования государственного бюджета.
Каждый год по мере приближения дебатов по бюджету политические обозреватели отмечают, что для коалиции наступят трудные времена. В это время качание правительства может доходить едва не до его падения. Фактически правительства в Латвии почти никогда не разваливались из-за бюджета. Даже когда 28 октября 2004 года Народная партия проголосовала против бюджета, одобренного коалицией накануне, и правительство Индулиса Эмсиса пало, это произошло не из-за бюджета. Непринятие бюджета было использовано как самый простой способ свергнуть правительство и создать новое, «настоящее» оранжевое (цвет Народной партии) правительство во главе с Айгаром Калвитисом.
Итак, исторически бюджет не является особо угрожающим фактором стабильности правительств, хотя на первый момент может показаться с точностью до наоборот. Где же действительная безвредность этого, казалось бы, опасного этапа для стабильности правительств? Это потому, что наши партии не ставят в приоритет политико-идеологические цели. В демократическом опыте Латвии, по крайней мере, после выборов в VI Сейм в 1995 году, идея о том, что «политика – это искусство компромиссов», выкристаллизовалась как неоспоримая аксиома. Поскольку ни одна партия не может получить большинство в 50% + один голос, необходимо сформировать коалиционные правительства, уважающие интересы всех политических сил. На практике это означает, что каждая партия всегда может сказать: нам бы хотелось того или иного, но мы должны учитывать и партнеров по коалиции.
В результате эти политико-идеологические цели предстают перед партиями как предвыборный карнавальный костюм, призванный дифференцировать себя от других и привлечь свой электорат. О том, как цветы привлекают пчел. После выборов этот карнавальный костюм убирается и начинается «практическая» политика. Здесь мы также подходим к истинным целям так называемых партий. Сразу после выборов начинается песня «о делах», которую уже высмеяли до банальности. Каждый, кто хоть немного знаком с политическими процессами, прекрасно знает, что на самом деле разворачивается ожесточенная борьба за распределение должностей и размещение многочисленных политических ставленников в более или менее теплых местах. Затем, когда ядро партии и круг лиц, вращающихся в ее непосредственной орбите, «благоустраиваются», начинается следующий акт «практической» политики: распределение денег вниз. Так сказать, друзьям друзей и их сторонникам.
Всякий раз, когда политические партии борются за финансирование тех или иных проектов или программ, на первый план выходит политико-идеологическая составляющая этих программ. Мы за равенство, за зеленый цвет, за Стамбул, за защиту местного бизнеса, за все хорошее, против всего плохого и тому подобное, но в девяти случаях из десяти главным является конкретный объем, который будет «освоен» очень конкретными людьми, связанными с соответствующей партией. Эта политическая деятельность лишь выглядит как некая борьба за общее благо. На самом деле за каждым решением о выделении финансирования стоят конкретные люди, близкие к министерствам, конкретным НКО или PR-агентствам, которые эти деньги «освоят».
Это касается как уже упомянутых «исследований», так и популяризации ржаного хлеба для детей или размещения объектов дизайна в городах. Перефразируя знаменитое стихотворение Маяковского, надо сказать: если на рекламном щите появляется идеологически заряженный агитационный плакат, призывающий людей к определенным действиям, значит, он кому-то нужен [чтобы поехать на средиземноморский курорт и погасить кредит на новую машину].
Какое все это имеет отношение к возмещению расходов на лекарства? Самый прямой. Ответ на вопрос, вынесенный в заголовок: почему денег всегда не хватает простым людям, а не «проекты», становится совсем простым, если дополнить этот вопрос написанием «для нужных людей» после слова «проекты». Поэтому исходный вопрос: почему денег всегда не хватает простым людям, но всегда хватает нужным людям?
Если вопрос задать так, то все становится ясно. Все становится на свои места. В данном случае 2,7 миллиона, что в бюджетном плане очень микроскопическая цифра, для некоторых людей – гигантская цифра. Причем не только для тех, кому эти деньги нужны на медицинские расходы, но и для тех, кому они нужны, чтобы «поехать на средиземноморский курорт и погасить кредит на новую машину». То есть для нужных людей.
В одном случае деньги достаются случайным, как говорят в «искушенных кругах», «рандомным» людям, в другом случае – «своим». Чтобы дать 2,7 миллиона «простым» людям, их надо фактически вырвать из зубов «нужным», которые уже заложили их в свой доход. Здесь необходимо обязательно уточнить, что речь идет о принципах принятия решений. Я не говорю, что кто-то конкретно сказал: что мы будем отдавать эти деньги каким-то неизвестным больным людям, давайте лучше поделим их между своими. Конечно, это не так. Все эти решения логически и убедительно обоснованы в соответствии с принципами хорошего управления, но как-то случайно оказывается, что именно по упомянутым мной принципам распределения - на благо себе и своих.
Можно ли как-то сломать этот механизм и заставить политиков повернуться лицом к народу? Это возможно только тогда, когда огромная машина политического распределения денег столкнется с совершенно неожиданным борцом. В данном случае роль «борца» сыграла личность продюсера и человека Латвийского радио Эвии Унамы, которой не дали денег на лекарства, в обществе поднялась буря негодования и выяснилось, что это не единичный случай, а комплексная система.
Другой механизм – помнить об этих случаях во время выборов и не поддаваться на карнавальные костюмы, которые политические партии носили во время праймериз.