Небольшая балтийская страна является крупнейшим в мире экспортером торфа в физическом значении, а в денежном выражении уступает лишь Канаде. Брюссель внимательно следит за тем, чтобы у нас — не подгорало.
Зеленые вагончики уже не едут к ТЭЦ
Во исполнение политики когезии (выравнивания) ЕС до 2027 года Латвии необходимо достичь "специфическую цель поддержки", а именно — "Отказ от использования торфа в энергетике". На прошлой неделе правительство рассматривало торфяную проблему, причем докладчиком выступил, неожиданно, министр внутренних дел Рихардс Козловскис. Замещал партайгеноссе по "Новому Единству" — главу Министерства климата и энергетики Каспарса Мелниса.
Вероятно, последнему крайне не хотелось ставить свою подпись под приговором торфу…
В Латвии торф добывают и используют более трех столетий. Первые сведения о добыче торфа можно найти в XVII веке. В распоряжениях герцога Курляндского Екаба вместе с дровами приказывалось сжигать и торф, чтобы уменьшить вырубку леса.
В Латвии удельный вес энергетического торфа в балансе топлива в 1960–е годы составлял около 27%, в то время процветал рабочий поселок торфорезов Седа. Ныне это единственный преимущественно русскоязычный город Видземе, входящий в Валмиерский край и являющийся памятником социалистического классицизма…
В 1990–е доля торфа снизилась до 3%, а сегодня — фактически до нуля. Причин этому несколько: например, торф де–юре не является возобновляемым ресурсом, поэтому выбросы газов теплового эффекта, образующиеся в процессе горения, будут препятствовать стране выполнять поставленные Евросоюзом климатические цели.
Другая причина — возможности использовать торф для производства продуктов с более высокой добавленной стоимостью, а не сжигать его в топке.
По данным Государственной службы среды, в Латвии разрабатывается 126 торфяников на 97 болотах, всего на рынке работает 62 юридических и 2 физических лица.
Датчане идут на болото
Крупнейшее предприятие по производству торфяных субстратов связано с капиталом из Дании. Смешивая древесное волокно с торфом, полученный субстрат могут использовать профессиональные производители овощей, цветов, ягод, фруктовых деревьев, получают лучшие урожаи, чем с чистым торфяным субстратом.
Датский лидер отрасли обслуживает три латвийских болота площадью 1866 гектаров (общая площадь всех лицензий по стране — 25 214,06 га). Компания–лидер поставляет и производит высококачественные торфяные ресурсы, а на отработанных землях развивает проект ветряных электростанций, которые планируют производить до 5% всей энергии страны.
Однако ресурсы торфа в ЛР неисчислимо больше, чем подлежит обработке — общая площадь болот, потенциальных месторождений, составляет 6400 кв. км, почти 10% территории государства. Сухая масса полезного ископаемого — 1,7 миллиарда тонн. Совокупная же добыча в 2023 году составила 1,47 миллиона тонн. Отрасль сравнительно равномерно распределена по регионам, в сезон на работах занято до 2500 человек.
"Одно из наиболее загрязняющих ископаемых топлив"
В Латвии крайне некритично отнеслись к установкам ЕС — оттого и в прямом смысле произрастающий в отечественных болотах торф в понимании 1–й статьи Энергетического закона, а также Национального плана энергетики и климата был приравнен, к примеру, к углю и нефти — а не рассматриваем как биомасса, которой он по существу и является.
Леностью ли, некомпетентностью ли латвийских переговорщиков в Брюсселе это можно объяснить — но вот древесина возобновляемым ресурсом считается, жечь ее соответствует нормам "зеленого курса". А торф — нет.
Во имя климатической нейтральности в Латвии ныне ищут последние котельные, все еще использующие несчастный торф, и закрывают их не просто так — но с использованием европейских субсидий. Примерно в том же порядке, как в свое время ликвидировали сахарные заводы и рыболовецкие суда. "Повезло", таким образом, энергетическим предприятиям в Ливанском (дадут из фондов ЕС 446 183,05 евро) и Прейльском крае (341 463,7 евро).
Расчет проводился непонятно из каких пропорций — ведь в Ливанском крае в 2023 году потребили 300 т энергетического торфа, а в Прейльском — 600 т. При этом основными пользователями являлись: в Ливанском крае — плавательный бассейн Upe, управы Ерсикской и Сутрской волостей, Лузениекская основная школа. В Прейльском крае торфом отапливали управы Галенской, Силаянской, Силюкалнской, Стабулниекской волостей, дома культуры в Силюкалнсе и Рушоне, Аглонский социальный центр, детский сад и школа.
Теперь всем этим муниципальным учреждениям не самого богатого Латгальского региона предстоит "приспособиться к использованию возобновляемых энергоресурсов или безэмиссионных технологий".
Есть ли будущее у сектора?
Последний по времени документ, посвященный крупнейшему ископаемому ресурсу страны, называется Основными направлениями долгосрочного использования торфа и рассчитан на срок до 2030 года.
"Главными проблемами торфяной отрасли в Латвии, для решения которых необходимо реализовать политику правительства, являются определение охраняемых (особо охраняемых природных территорий и микрозаказников) и выделяемых для добычи торфа площадей, актуализация народнохозяйственной роли ресурса, оценка влияния использования торфа на изменения климата, качество и доступность геологической информации, терминология, различия доступных данных в различных источниках данных, эффективное хозяйствование ранее используемых для добычи торфа и нерекультивированных площадей, а также нехватка специалистов в торфяной отрасли".
И несмотря на все это в этом документе мы находим то, от чего отказалась Латвия. Итак, в стране было возможно добывать до 700 000 т энергетического торфа в год. 10 лет назад Латвия имела около 300 котельных, которые могли бы применять торф.
Так что в принципе никто у нас этот ресурс из–под ног не вынет. А в случае глобального кризиса, который затронет Евросоюз и снимет враз все возможные ограничения — у Латвии будет чем топить. Главное теперь, чтобы не порезали на металл котлы!
