Биткоин сделает крохотный и нищий Сальвадор самым богатым в Центральной Америке 0 246

Эксперимент Сальвадора с биткоином, который должен был превратить страну в мировой центр криптоэкономики, все чаще вызывает вопросы. Падение курса криптовалюты, риск испортить отношения с МВФ и растущие финансовые издержки ставят под сомнение стратегию президента Найиба Букеле, сделавшего цифровые активы одним из главных экономических проектов страны. Обозреватель Bloomberg Opinion Хуана Пабло Спинетто объясняет, почему Букеле не стоило ставить экономику страны на криптовалютную карту.

Будущее Сальвадора рисовали как утопию: переход на биткоин должен был превратить страну в технолибертарианский рай — сделать банковские услуги доступными для тех, кому они до этого были недоступны, привлечь новаторов со всего мира и найти деньги на футуристические проекты, начиная национальным цифровым кошельком и заканчивая «умными» городами и так называемыми «вулканическими облигациями». Это государственные облигации на сумму 1 млрд долларов, часть средств от которых планировалось вложить в биткоин, а часть — направить на развитие майнинга и инфраструктуры, используя геотермальную энергию вулканов.

Именно такую масштабную перспективу рисовал Найиб Букеле, когда в 2021 году Сальвадор первым в мире признал криптовалюту законным платежным средством. Однако спустя пять лет большинство обещанных преимуществ так и не проявилось, тогда как издержки — и финансовые, и репутационные — продолжают расти. Падение курса биткоина, который сейчас стоит примерно вдвое меньше своего октябрьского пика, наглядно показало, насколько рискованную ставку сделал технологически ориентированный президент-миллениал, увлеченный криптовалютами.

Проблема не ограничивается нереализованными убытками последних месяцев. Удвоив ставку и потратив в ноябре более 100 млн долларов на новые токены — еще до начала самой активной распродажи на рынке, — Букеле поставил под угрозу сотрудничество с Международным валютным фондом. Программу объемом 1,4 млрд долларов утвердили еще в прошлом году, и соглашение прямо предусматривало, что правительство должно сохранять общий объем биткоинов на своем балансе неизменным. Поэтому решение продолжать покупки — включая его привычную практику приобретать по одному биткоину в день — выглядит, мягко говоря, крайне безответственным.

Программы МВФ обычно срываются, когда жесткая бюджетная экономия вызывает сильное политическое сопротивление, экономика уходит в рецессию или внешний шок провоцирует кризис платежного баланса. В случае Сальвадора ничего подобного не происходит. Напротив, страна с долларизированной экономикой смогла добиться определенных успехов в сокращении бюджетного дефицита и восстановлении международных резервов.

2025 год Сальвадор завершил с экономическим ростом около 4%, а прогноз на текущий год остается благоприятным. Это поддерживает доверие инвесторов и отражается на стоимости суверенных облигаций страны.

Более того, правительство выполнило ряд требований МВФ, направленных на то, чтобы сократить зависимость страны от криптовалют. Когда в 2021 году Сальвадор ввел биткоин как законное платежное средство, бизнес был обязан принимать его к оплате — как обычные деньги. Недавние поправки в закон сделали прием криптовалют добровольным. Кроме того, власти начали искать покупателя для государственного криптокошелька Chivo — мобильного приложения, созданного правительством для хранения биткоинов, платежей и обмена криптовалюты на доллары. Таким образом, в соответствии с требованиями МВФ было сокращено участие государства в криптовалютных операциях.

Однако главная проблема заключается в другом: Букеле просто не может отказаться от покупки биткоина — словно это личная зависимость. Рекордная сделка в ноябре, когда было приобретено почти 1100 монет при цене выше 90 тыс. долларов за биткоин, оказалась особенно неудачной.

Курс биткоина составляет около 68 тыс. долларов. При такой цене 7580 монет, находящихся на балансе государства, оценивались примерно в 515 млн долларов — тогда как на пике их стоимость приближалась к 800 млн.

Долгосрочную эффективность этой стратегии оценить сложнее, однако она, вероятно, все еще остается прибыльной. По оценке ChatGPT, основанной на опубликованных данных о прошлых сделках и недавних покупках, средняя цена приобретения биткоина Сальвадором составляет около 53 тыс. долларов за монету. Это означает, что общие расходы страны на покупку криптовалюты могли составить примерно 400 млн долларов, что при текущем курсе соответствует доходности около 28%.

Однако дело не в этом. Если бы финансовая репутация страны зависела от того, насколько успешным трейдером окажется Букеле, Сальвадор вряд ли вообще обратился бы за поддержкой к МВФ. Но раз это произошло, правительству следует соблюдать взятые на себя обязательства: продать значительную часть токенов в качестве жеста доброй воли и возобновить переговоры по задержавшемуся второму обзору программы одновременно с подготовкой к третьему. Не менее важно и решительное продвижение пенсионной реформы.

Однако Букеле, похоже, делает ставку на то, что рынок снова вырастет и спасет его — как это уже случалось раньше. Если нет, он может попытаться заручиться финансовой поддержкой своего сторонника — президента США Дональда Трампа, учитывая более мягкое отношение его администрации к идеологическим союзникам в Латинской Америке. Ни один из этих сценариев не выглядит ни простым, ни особенно рациональным по сравнению с самым очевидным решением. Однако в авторитарных системах политика нередко определяется инстинктами непредсказуемого лидера, окруженного покладистым окружением.

В некотором смысле его мотивация понятна. Для человека, который продвигает биткоин как минимум с 2017 года и уже вложил в этот проект огромный политический капитал, признать ошибку сейчас означало бы признать, что он сделал неверную ставку. Однако в нынешнем обвале цен ему стоило бы увидеть нечто большее, чем обычную рыночную волатильность. Если биткоин не способен служить защитным активом для полностью долларизированной экономики вроде сальвадорской даже в период циклического ослабления доллара, то зачем он вообще нужен? Возможно, Букеле было бы разумнее связать свою судьбу с золотом.

Но есть и более тревожный вопрос: чем обернется этот эксперимент для страны и ее экономической программы, если обещанная ценность криптовалюты в итоге окажется иллюзией, как предупреждают некоторые эксперты? В этом случае риски оказываются явно неравномерными.

Несмотря на разговоры о превращении Сальвадора в оазис личной свободы и независимости от «тирании центральных банков», реальность выглядит куда более прозаично. Экономика страны объемом около 37 млрд долларов все сильнее зависит от денежных переводов из-за рубежа.

Объем средств, которые отправляют на родину сальвадорцы, живущие в основном в США, за прошлый год выросли на 18% и уже составляют примерно четверть валового внутреннего продукта страны.

И вопреки цифровой одержимости Букеле реальные результаты приносит традиционная экономика. В стране растут туризм и строительство — во многом благодаря масштабной кампании властей по борьбе с преступностью, которая также повысила доверие потребителей.

Именно такой путь может однажды приблизить Сальвадор к статусу «Сингапура Латинской Америки», а не все более устаревающая криптовалютная мечта.

До президентских выборов остается всего год, и срыв программы сотрудничества с МВФ мог бы подорвать один из ключевых столпов экономики страны. Сальвадорцам остается надеяться, что их президент осознает реальную цену своей биткоин-фантазии прежде, чем это произойдет.