Батя всех обул: как строился социальный бизнес 0 114

На днях в Чехии отметили 150 лет со дня рождения Томаша Бати – человека, который превратил маленькую семейную сапожную мастерскую в глобальную империю, обувавшую весь мир, и изменил представление о социальной ответственности бизнеса. Люди на его фабриках получали больше, чем на других предприятиях, лучше питались, но работали буквально на износ, а заселиться в знаменитый «батевский дом» мог далеко не каждый.

Династия Бати имела для межвоенной Чехословакии такое же значение, как семья Форд для США. И по сей день чешские предприниматели вдохновляются идеями самого известного в мире сапожника. Кстати, именно Батя ввел в ценники девятки, вроде 9.99, доказав тем самым, что психология в торговле решает всё. В 2026 году 150-летний юбилей Томаша Бати внесен в Календарь памятных дат ЮНЕСКО.

Нельзя отрицать, что Томаш Батя основал и возглавил гигантское для своего времени предприятие, где работали почти 30 000 сотрудников, которое к тому же росло даже в условиях мирового экономического кризиса. В 1930 году, когда депрессия только начиналась, фирма «Батя» произвела в Чехословакии 22 миллиона пар обуви. Семь лет спустя, когда проблемы уже отступали, этот показатель составил 48 миллионов пар. Столь впечатляющие результаты были заслугой производственной системы, которую предприниматель железной рукой ввел на своих заводах.

Работники Бати напрямую зависели от результатов своего труда. Если смена работала хорошо, люди получали процент от прибыли. Если допускался брак, то покрывали убытки. Каждый цех на его фабрике работал как самостоятельное маленькое предприятие, которое «покупало» сырье у предыдущего и «продавало» результат следующему.

Томаш Батя родился в 1876 году в моравском городе Злин в семье потомственных сапожников и уже в десятилетнем возрасте научился шить обувь. Компания «Батя» росла с нуля – в 1894 году два брата и сестра – Томаш, Ян Антонин и Анна открыли собственный обувной бизнес. Самым талантливым из них оказался Томаш, и спустя шесть лет, в 1900 году, на фабрике работало уже 120 человек.

Одну из своих главных моделей фирма «Батя» начала производить еще в конце XIX века. «Это была валашская обувь, затягивающаяся на завязки. Ее носили тогда повсеместно, и семья сделала ставку на то, что обувь будет производиться именно там, где ее носят. С этого они и начали в 1894 году. Чтобы эти ботинки было проще надевать, по бокам пришивались специальные клинья. В общем, это была не слишком красивая, но практичная обувь», – рассказывает сотрудница музея обуви в Злине Ольга Кучерова.

Компания, хоть и стала довольно заметной в Австро-Венгрии, всё же была еще далека от бизнес-Олимпа. Стремительный взлет ей принесла Первая мировая война. Благодаря полученным заказам на снабжение обувью армии число сотрудников компании стремительно выросло с 400 до 5000.

Переход от легкой парусиновой обуви к тяжелым кожаным ботинкам был непростым, но он окупился. Объемы производства достигли почти 10 тысяч пар в день, и за четыре года Батя обул половину имперской армии.

После распада Австро-Венгрии рынки сбыта сократились, число работников оказалось слишком большим, и фирма столкнулась с долгами. Снизить накал забастовок помогло нововведение: сотрудники могли открыть в компании собственный счет. С одной стороны, они получали более высокие проценты, чем в местных банках и сберкассах, с другой, фирма перестала зависеть от дорогостоящих кредитов.

В периоды экономических катаклизмов проявилось ключевое качество Томаша Бати: стремление заниматься бизнесом, причем буквально любой ценой. Послевоенный кризис, а также стагнацию производства и экспорта, вызванные укреплением кроны, он преодолел, решившись в августе 1922 года удешевить продукция на 50%. Столь радикальный шаг, за который ратовал и его сводный брат Ян Антонин, поначалу вызвал резкое неприятие – чехословацкие промышленники говорили о недобросовестной конкуренции и хотели исключить Батю из своих рядов. Они пошли на попятную лишь тогда, когда предприниматель получил признание правительства, которое было заинтересовано в снижении цен. Результаты были впечатляющими: всего за один день Батя продал 99 тысяч пар обуви, и вскоре производство увеличилось на 60%.

На пике кризиса 1930-х Бате пришлось уволить пять тысяч сотрудников. Однако он был куда лучше подготовлен к невзгодам, чем большинство чехословацких предприятий. Ранее в период экономического подъема он оснастил производство самой современной техникой. Его заводы оставались на шаг впереди конкурентов, демонстрируя высокую производительность, и могли использовать собственное сырье. Так что Батя был готов противостоять кризису за счет рационализации производства, удешевления продукции и, главное, экспансии. Внутри страны он поглотил конкурирующие фирмы в Тршебиче, Нове-Замках и Красице. Но главная ставка делалась на зарубежные рынки, куда компания проникала с помощью сети магазинов: с 1929 по 1932 год их открыли 666 в 37 странах.

Как учиться у Америки?

Сложно поверить, но Томаш Батя окончил всего четыре класса школы. Однако он всегда был готов учиться. Шить обувь вручную он умел с детства, но вскоре понял, что в эпоху машин одного лишь мастерства ремесленника недостаточно.

Промышленной Меккой в те времена были Соединенные Штаты. Впервые Томаш Батя отправился туда в 1904 году и устроился на работу в городе Линн, центре американской обувной промышленности. Позже, уже будучи уважаемым предпринимателем, он изучал в крупных компаниях США производственные методы. Его интересовал и современный маркетинг, и отношения между работодателем и сотрудниками предприятия.

Томаш Батя был убежденным сторонником экономического либерализма, что настраивало против него не только коммунистов и социал-демократов, но и экономистов, выступавших за централизованное вмешательство в экономику. Однако оба Бати, и Томаш, и Ян Антонин, в своих планах по построению бизнеса ни на кого не оглядывались. К тому же Ян Антонин не стыдился при возможности пользоваться личными связями с политиками, что показывает эпизод с государственным заказом на противогазы, получить который ему помогли контакты в правительственых кругах.

А о том, что бизнес и политические симпатии могут быть вещами совершенно разными, свидетельствуют попытки компании «Батя», пусть и безуспешные, наладить сотрудничество с Советским Союзом. Они предпринимались вопреки утверждениям Томаша Бати, что «большевизм – опасный вирус». До 1936 года Злин посетили 17 советских делегаций, а Ян Антонин Батя отмечал, что опыт, полученный советскими экспертами, послужил подспорьем при подготовке советских пятилеток. Позже, наоборот, учебные делегации отправлялись из Злина в СССР.

Однако планам экспортировать в Советский Союз полмиллиона пар обуви не суждено было сбыться, так как советская сторона требовала крупный кредит на срок в 27 месяцев. Тем не менее, переговоры продолжались, и концерн «Батя» предложил советской стороне строительство обувной фабрики с полноценной торговой сетью. Руководство предприятия также ухватилось за идею сделать заводы «Бати» посредником во внутренней торговле с Советским Союзом и начало готовить масштабные экспортные и импортные списки товаров.

Из всех этих грандиозных планов так ничего и не вышло. С одной стороны, у чехословацких властей существовали вполне обоснованные сомнения относительно сотрудничества с Советами, с другой, процесс тормозила советская бюрократия.

Как построить утопию?

Главным памятником Бате в истории можно назвать город Злин, мэром котого он стал. Предприниматель понимал: чтобы его рабочий трудился с полной отдачей, у него должен быть высокий уровень жизни. За несколько лет провинциальный городок превратился в модернистский мегаполис. Батя строил для сотрудников знаменитые кирпичные «батевские домики» с садами, открывал школы, лучшие на то время больницы, огромные кинотеатры и универмаги. Он воспитывал в своей Школе труда будущих лидеров, заявляя: «Мы не строим заводы – мы строим людей».

Конечно, не всё было так радужно: жалобы на чрезмерно изнурительный труд, который требовали в цехах фабрики от рабочих, не раз обсуждались в парламенте. Депутаты указывали на то, что Батя нанимает только молодых людей. Средний возраст рабочих действительно составлял всего 26 лет, а люди старше пятидесяти были исключением. «Только молодые люди способны вынести на себе масштаб наших целей», – признавал Томаш Батя.

Текучка кадров была огромной: предприятие охотно нанимало тысячи рабочих всего на год или два. Таким образом, до социальных программ для верных и квалифицированных кадров, особенно до заселения в функционалистские виллы в пригороде Злина, дорабатывал далеко не каждый. Тягостным был и вездесущий контроль, который в форме бесед, поощрений и угроз доходил даже до вмешательства в семейные дела сотрудников.

Защитники Бати оправдывали пользу системы тем, что зарплаты в Злине были на 50% выше средних по стране, и купить на эти деньги можно больше благодаря специальным магазинам с более низкими ценами. Согласно статистике, потребление мяса и молока на человека в Злине было вдвое выше, чем в других городах межвоенной Чехословакии.

Как пережить свою эпоху?

12 июля 1932 года Чехословакию потрясло трагическое известие – при крушении самолета погиб Томаш Батя. Самолет вылетел с аэродрома предприятия в Отроковицах, направляясь в Швейцарию, но в густом тумане потерпел катастрофу, еще не набрав высоту, – то ли задев за что-то крылом, то ли пытаясь совершить посадку. Смерть полного сил 56-летнего бизнесмена стала громом среди ясного неба.

Похороны Томаша Бати были поистине королевскими – под звуки сирен гроб с телом «пана Шефа», как называли его в Злине, вывезли из ворот фабрики, и процессия из нескольких тысяч человек в сопровождении оркестра отправилась на лесное кладбище. У ратуши и костела шествие делало остановку, чтобы послушать выступления ораторов. Злин прощался со своим знаменитым земляком шесть часов.

На момент гибели Томаша Бати на предприятиях концерна, которые, помимо Чехословакии, работали в Германии, Польше, Югославии, Швейцарии, Франции и Британской Индии, трудились более 31 тысячи человек. Бразды правления перешли к Яну Антонину Бате, сводному брату Томаша Бати.

Благодаря ему были расширены многие сферы производства – введено производство пневмотехники, резинотехнических изделий, полусинтетического волокна, игрушек, металлообрабатывающих станков, вязальных машин, самолетов, велосипедов и др. В 1938 году в концерн входило уже более 60 иностранных компаний, туристическое агентство, строительная фирма и около 8000 торговых точек на родине и столько же за границей, собственные леса и поля.

Яна Антонина Батю даже называли «королем обуви» и «чешским Фордом», однако Вторая мировая война внесла свои коррективы. В 1939 году, еще до начала войны, Батя был арестован гестапо. Через некоторое время его освободили, и он встретился в Берлине с Германом Герингом. Никто точно не знает, о чем именно они говорили, но сразу после этого разговора чешский предприниматель уехал в Америку.

В годы Второй мировой на обувных фабриках Бати появились новые немецкие управляющие, заводы начали выпускать обувь для немецкой армии, а позже оружие и боеприпасы. Впоследствии Ян Антонин Батя был обвинен американцами в сотрудничестве с нацистской Германией, что побудило его перебраться в Бразилию.

В 1949 году город Злин в честь главного чехословацкого коммуниста переименовали в Готвальдов. В годы социализма имя предпринимателей было под запретом. В Чехословакии и других странах советского блока фабрики были конфискованы и национализированы.

Фирма «Батя» превратилась в чехословацкое государственное предприятие «Свит», однако после падения коммунистического режима в рыночной среде оказалось неконкурентоспособным. Сохранились лишь те филиалы концерна, которые оставались в странах за пределами Восточного блока.

Ян Антонин Батя руководил компаниями, находясь в Южной Америке, а из Канады предприятиями управляла семья Томаша Бати-младшего. Некоторое время дядя и племянник судились за концерн, пока в 1962 году Ян Антонин Батя за три миллиона долларов не уступил права Томашу Бате-младшему.

Заводы Бати существуют до сих пор, и в мире продолжает существовать имя Bata. Но именно Bata, а не изначальный Baťa, с мягким чешским «ть». Так что сегодня это уже иностранное предприятие. Хотя Bata Shoes Organization, преемница первой фирмы, довольно успешно и ведет бизнес, она давно отказалась от принципов Томаша Бати. Еще в 1970-х годах фирма была на вершине, но с тех пор потеряла большую часть прежнего блеска, и ее основными покупателями являются жители развивающих стран.

В 1991 году компания «Батя» вернулась на родину, и штаб-квартира чешского филиала фирмы снова находится в Злине – городе, которому в 1989 году вернули прежнее название.