Жители Латвии жестко критикуют советы местных экспертов "уехать в деревню и выживать". Одна женщина в соцсетях описала реальную сельскую жизнь как дорогую, тяжелую и изолированную — и предложила политикам попробовать это самим.
Как сообщал Otkrito.lv, на фоне роста цен в Латвии стали все активнее звучать призывы экспертов искать практичные способы выживания — от переезда в провинцию и выращивания овощей до содержания кур.
Так, предприниматель и бывший министр внутренних дел Марис Гулбис в эфире TV24 заявил, ключ к выживанию — инициативность и гибкость. В качестве простого примера он приводит бытовое решение: «В конце концов, если нечего есть — построй теплицу и выращивай свои огурцы и помидоры. Я и сам сейчас это делаю».
В свою очередь руководитель отдела содействия сельскохозяйственному рынку Института агроресурсов и экономики Ингуна Гулбе также заявила, что «поводов для паники нет», но предложила жителям активнее использовать связи с родственниками в деревнях, выращивать продукты и даже заводить кур.
Однако жительница Латвии Лига в соцсетях выступила с жесткой критикой подобных советов, назвав их оторванными от реальности. «Конечно, уже давно привыкли к тому, что по ТВ говорят полную ерунду и звучат абсурдные лозунги. Потому что те, кто говорит, живут на другой планете. Ингуна Гулбе, наверное, не была в деревне как минимум 30 лет. Юрмальские виллы и зажиточные районы при Риге не считаются», — пишет она. По ее словам, современная сельская жизнь далека от идиллических представлений: «Это что-то вроде жизни на Марсе. Это локдаун. (...) Сельский житель как монах или монахиня на своем хуторе еще борется за выживание и каждый месяц переживает тяжелый экзистенциальный кризис — собирать чемоданы или нет, чтобы уехать?!».
«Иногда, послушав болтунов, становится ясно, что о жизни в деревне есть только фантазии — овощи сами растут, куры и коровы сами растут, пока ты отдыхаешь в кресле-качалке со стаканом свежевыжатого сока. Да, у деревни есть свои привилегии — свежий воздух, возможность выращивать экологическую еду, покой и тишина, почти нет преступности, потому что людей практически не осталось».
Лига подчеркивает, что самообеспечение сегодня — не дешевое решение, а дорогостоящее и трудоемкое занятие: «На самом деле это экстремальное и дорогое удовольствие. Дешевле все купить в супермаркете». Она подробно описывает расходы — от топлива и техники до содержания животных — и делает вывод: «Ты работаешь в деревне в ноль или даже в минус. Сельская жизнь — дорогое хобби».
«И главное — в деревне больше нет тех мужиков, которых можно было нанять и которые умели все. Теперь нужно нанимать фирмы за большие деньги, и качество работы уже не то, что раньше. Откуда у сельского человека такие деньги?! Например, чтобы купить дрова на зиму, сразу нужно выложить минимум 1000 евро!»
Отдельно она обращает внимание на социальную изоляцию: «Нужно учитывать, что без живого общения становишься странным, начинаешь бояться людей и вообще сходишь с ума, потому что человек не является асоциальным существом — ему нужны другие люди, свои, которые поймут!».
«Вот так я вкратце описала жизнь в деревне со своей точки зрения как одна из последних жителей Латвии — потому что дальше за мной уже только Россия».
Лига предложила своеобразный «вызов» политикам и экспертам, включая премьер-министра Эвику Силиню: «Предлагаю принять вызов и показать живой пример». Она иронично описывает условия сельского труда: «Сейчас крупным фермерам нужны сборщицы камней. Это очень “женская” работа — в резиновых сапогах пройти пешком по грязи примерно 50 км, собирая камни, которые “легкие как перышки”. Кроме того, ради экономии бензина ездить на работу на велосипеде каких-то 25 км по разбитым сельским дорогам! Вставать с рассветом и возвращаться домой в сумерках».
Она также предлагает Эвике Силине поработать месяц дояркой на ферме, чтобы понять, как появляются сливки и масло. «В конце концов, королева Мария Антуанетта доила коров вместе со своими придворными дамами — ей это нравилось!».
Завершает она риторическим вопросом о разрыве между элитами и обществом: «Возможно ли сегодня, чтобы хоть одна принцесса… поработала в поле или на ферме?»
