Если сравнивать с допандемийным периодом, ситуация в медицине ЛР – ухудшилась, такой печальный вывод можно сделать из прозвучавшей в парламенте информации. С 2019 года в Евросоюзе введено огромное количество новых препаратов от всевозможных заболеваний, а в нашу страну они ввозятся очень мало. В отличии, например, от Литвы…
Итоги «реформ» Абу Мери
Казалось бы, понятие «дефицитное лекарство» осталось далеко в прошлом. Плати – и все тебе будет! Ан нет.
Директор работающей в нашей стране Международной ассоциации инновационных фармацевтических фирм (SIFFA) Владислава Маране сообщила в Сейме, что Латвия находится на предпоследнем месте в Евросоюзе по количеству передовых лекарств, доступных пациентам, уступая только Мальте.
Кроме того, в стране только 40% медикаментов полностью доступны для покупателей; прочие – лишь для конкретных индикаций или в виде индивидуальной компенсации.
Самым горестным остается рейтинг ЛР в сфере онкологии – последний в ЕС, с существенно более низкими показателями выживаемости. Если в Германии есть 51 инновационное лекарство от злокачественных опухолей, в среднем по Евросоюзу 28, то в Латвии всего 5. Сколько стоит здоровье
Что же касается редких болезней, то латвийские пациенты могут получить только 14% из зарегистрированных в Европе медикаментов.
Более того, если даже рассматривать лекарственные терапии более старшего поколения, сравнивая данные с 2014 года, то и здесь ЛР занимает предпоследнее место в ЕС. Для сравнения – в Германии внедрено 397 видов, а у нас всего 144.
Как разъяснила госпожа Маране, инновационные медикаменты при должном использовании обеспечили бы полноценное возвращение пациентов на рынок труда. Кажется, невозможно оценить человеческую жизнь – но, если рассчитывать вероятный совокупный ВВП от этих людей, то он бы составил 1,1 миллиарда евро, или 2,8% общенациональной экономики в год.
«Единственная причина недоступности медикаментов в Латвии – недостача государственного финансирования», – резюмировала SIFFA.
Что отвечает Минздрав
Зинта Ругая, заместитель директора Департамента лекарств и медицинского оборудования, заявила на подкомиссии Сейма по общественному здоровью, что в 2025 году на компенсируемые лекарства и изделия было истрачено 320,65 миллионов евро из бюджета. В 2026 году прогноз составляет 360,65 миллионов.
Список компенсируемых лекарств составляет 1877 позиций, по ним оплата составляет от 25 до 100 процентов. Возрастные пациенты получают наибольшее количество компенсируемых медикаментов – максимальная по численности когорта, это лица от 80 лет, составляющие около 100 000 человек.
Наряду с этим, в Минздраве не согласны с тем, что Латвия так уж отстает от своих соседей в вопросе компенсируемых лекарств. Скажем, по затратам на 1 больного, у нас выходит даже чуточку побольше денюжек, чем в Эстонии – соответственно, 174 и 172 евро. В Литве, правда, целых 237! А вот коренным отличием ЛР от соседей, является то, что компенсируемые медикаменты у нас облагаются 12-процентным налогом, в то время, как в Эстонии – 9-процентным, а в Литве и вовсе 5-процентным.
Минздрав поставил себе в заслугу включение в 2025 году в список компенсируемых лекарств 12 новых активных веществ. Из них три принадлежат к онкологическим средствам – лекарствам от рака груди, миелолейкоза (злокачественного заболевания системы крови и костного мозга), а также опухолей кишечного тракта.
Пересмотру подверглись условия компенсации для 14 лекарств, доступ облегчен еще к 27 медикаментам. Семейные врачи получили возможность выписывать компенсируемые антикоагулянты (разжижающие кровь лекарства) для сердечно-сосудистых больных; нефрологи – препараты против хронической почечной недостаточности; детские неврологи – средства от склероза.
В общей сложности, подсчитало медицинское начальство, в выигрыше оказалось 37,8 тысячи пациентов. То есть, если учесть вышеприведенную общую цифру получающих компенсируемые медикаменты, менее 5%. Негусто за год…
Рекордные суммы для спасения жизни
В Латвии имеются невероятные ценники на лекарства, которые, тем не менее, были утверждены и оплачены из бюджета. В 2025 году один пациент-ребенок получил терапию в 455 000 евро, а один взрослый больной – 589 000 евро. Министерство здоровья не упоминает возраста, диагноза.
Между тем, всего, в больницах Латвии зарезервировано из средств бюджета 568 861 евро на оплату неотложных случаев, решения о которых принимается на больничных консилиумах. Высока роль этих совещаний профессионалов – по сути, выносится вердикт о жизни…
Если же говорить про менее срочных пациентов, то в индивидуальном порядке в 2025 году в Латвии было одобрено 1337 заявок на компенсации медикаментов. Это составляет 88% от всех потребных. Прочим же, увы, приходится собирать средства при помощи добрых людей…
Доказательство ценой в жизнь
Чтобы исключить возможность слухов о субъективности врачебных решений, Минздрав осуществляет аудит диагнозов списка компенсируемых лекарств в онкологии. Причем проверка показала, что в 70% «лечение покрыто полностью или частично». Разработан так называемый инструмент MKLA, «чтобы обеспечить прозрачность принятия решений и оптимальное использование бюджетных средств в обстоятельствах ограниченного финансирования». И – «проводить основанный на доказательствах выбор между новыми терапиями…»
В этом плане Ваш автор мог бы, разумеется, предать гласности фамилию врача-онколога, который два года назад назначила моей маме дорогостоящую химиотерапию, которая касалась основного, прооперированного, диагноза – рака груди, но игнорировала метастазы в орбитах глаз. Вердикт был роковым.
«Это не мое дело», – таким было выражение врача, чье CV на сайте включает в себя многочисленные профессиональные регалии, стажировки и научные труды. Вполне вероятно, что, увидев, что пациентке уже под 80, а с момента операции прошло 3 года, медик посчитала задачу выполненной? Но тогда зачем выписывала импортное средство, подвергая пациента мучительной процедуре?
Мама сказала ей напоследок: «Я хочу, чтобы вы учли свою ошибку». Надеюсь, она ее услышала и не повторит этого с другими пациентами.
Оставить комментарий
(1)