Обещанный эстонцам «денежный станок» обернулся неожиданными расходами 5 1677

Владельцы небольших солнечных парков в Эстонии, получив мартовские счета, обнаружили, что, хотя они все делали правильно, они снова оказались в проигрыше. Ожидаемый доход от продажи электроэнергии не поступает, более того – электричество приходится отдавать бесплатно, а вдобавок к этому еще и доплачивать за его передачу.

В прошлом году производитель из Пыльвамаа Урмас Рохт был вынужден согласиться на очередное повышение платы за продажу электроэнергии от Eesti Energia: «Да, я согласился на повышение цены, но ни о чем другом речи не было! Это предложение в любом случае было в стиле "бери или уходи". Пришлось взять. Конечно, все условия составлены, как в казино: заведение всегда выигрывает, а значит, мелких производителей всегда "стригут"».

Рохт отметил, что ему не сообщили, что помимо новой, более высокой платы за продажу, на поставляемую электроэнергию будет распространяться и новый сбор. Поэтому в марте ему пришлось доплачивать за проданное электричество. Ситуация примерно такая же, как если бы продавец булочек должен был каждое утро доплачивать покупателю за каждую проданную булочку.

Чтобы понять, почему мелкие производители, то есть владельцы солнечных панелей, так разгневаны, нужно вернуться на пару лет назад. Тогда только началась война в Украине, Европу настиг энергетический кризис, а вместе с ним и высокие цены на электроэнергию.

Видя это, политики говорили то же, что и сегодня: производство возобновляемой энергии необходимо увеличивать, чтобы у нас была своя электроэнергия. Для ускорения перехода по всей Европе, в том числе и в Эстонии, был запущен ряд субсидий, чтобы частные дома и квартирные товарищества также устанавливали себе солнечные панели.

Дополнительным стимулом стало предложение, согласно которому производители могли продавать выработанную ими солнечную энергию в эстонскую электросеть и зарабатывать на каждом киловатт-часе. Поначалу это было так выгодно, что люди делились в соцсетях постами о том, как быстро окупились их инвестиции в солнечные парки в эпоху дорогого электричества.

Но затем произошло несколько событий. Во-первых, цена на электроэнергию упала. Во-вторых, в сеть одномоментно поступило много возобновляемой энергии, и выяснилось, что из-за этого стало гораздо сложнее прогнозировать суточное производство и потребление.

О том, что эстонский рынок перенасыщен солнечной энергией, свидетельствует и тот факт, что, когда правительство начало готовить новый тендер на поставку возобновляемой энергии, политики признали, что солнечной генерации уже достаточно и на конкурсе хотят видеть только ветроэнергетику.

Одно дело, когда в сеть одновременно может поставлять энергию много мелких производителей, но гораздо сложнее угадать, планирует ли конкретный производитель в хорошую погоду отдавать электроэнергию в сеть или будет использовать ее сам.

Хотя такие компании, как Eesti Energia, вероятно, никогда в этом не признаются, большое количество мелких производителей создает непредвиденную нагрузку на сеть, что является большой головной болью для системного оператора – так сложнее управлять системой, когда не знаешь, откуда и сколько электроэнергии может поступить в сеть и поступит ли вообще. Поэтому компании, заключавшие договоры купли-продажи электроэнергии с мелкими производителями, начали постепенно повышать свои комиссии за покупку.

Например, если в прошлом году Eesti Energia (Enefit) взимала с Урмаса Рохта комиссию за покупку в размере 1 цента за каждый проданный в сеть киловатт-час, то в конце года эта плата выросла до 1,8 цента за кВт·ч.

Эта так называемая маржа закупки выросла и у других поставщиков: Alexela просит 1,5 цента, Terminal – 2 цента, а Elektrum – 3,1 цента за кВт·ч. Это означает, что, на примере Elektrum, биржевая цена на электроэнергию в момент продажи должна быть выше 3,1 цента, чтобы продавец не остался в убытке.

Но и это еще не все: желающие продавать электроэнергию должны платить не только маржу закупки, но и новый сбор. «Ни один микропроизводитель не должен продавать электроэнергию в сеть бесплатно – продажа осуществляется с учетом маржи обратного выкупа. К продаваемой в сеть электроэнергии применяется маржа обратного выкупа, а также плата за балансирующую мощность в размере 0,00373 €/кВт·ч», – пояснил руководитель отдела продаж Enefit Кристо Кыйвумяги.

Однако Кыйвумяги не захотел говорить, сколько они в марте заплатили мелким производителям за их продукцию. «В такой ситуации оказались не только микропроизводители. Владельцам крупных солнечных парков также приходилось в определенные моменты ограничивать производство, чтобы не нести убытки от электроэнергии, поставляемой в сеть. Зачастую проблема крупных парков даже серьезнее, поскольку у них нет местного потребления, на которое можно было бы направить выработку в определенные часы. Поскольку на размер счетов за электроэнергию влияют и объемы, закупленные из сети, невозможно однозначно назвать общую сумму, выплаченную микропроизводителям за проданную в сеть электроэнергию. В случае крупных производителей это также зависит от конкретных часов и объемов производства, что является конфиденциальной информацией», – сказал Кыйвумяги.

Кыйвумяги подтвердил, что большинство микропроизводителей Enefit согласились на прошлогоднее повышение маржи обратного выкупа с 1 до 1,8 цента за кВт·ч, добавив, что речь идет о «росте расходов, который затронул весь рынок и всех его участников».

Кыйвумяги сказал, что с микропроизводителями также производится взаимозачет, как на основе биржевой, так и фиксированной цены, в зависимости от выбранного пакета.

«Важно отметить, что клиенты, не имеющие накопителей энергии, как правило, производят и продают электроэнергию в сеть в дешевые часы, когда на рынке много солнечной энергии, а покупают из сети, как правило, в более дорогие часы. Поэтому доход от произведенной электроэнергии зачастую не покрывает расходы на электроэнергию, купленную из сети», – отметил Кыйвумяги.